Пошук на сайті:
Знайти



Народні блоги

Додати стрічку статей сайту до свого iGoogle
Останні публікації

Почему они не захотели раскрывать убийство Бориса Деревянко? (Часть вторая)

Андрей1341 | 10.08.2009 11:50

4
Рейтинг
4


Голосів "за"
5

Голосів "проти"
1

...Работа следствия шла по нескольким направлениям. Главной рабочей версией конечно же была профессиональная журналистская деятельность Бориса Деревянко.

Примыкать к этой версии могло и "политическое убийство", о котором заявлялось людьми,близкими по общественно-политическим взглядам к Борису Фёдоровичу, или хотевшими, чтобы их считали таковыми.

Правда, сторонники версии политического убийства особенно не расшифровывали, что они вкладывали в это понятие, но, если можно так выразиться, открыто намекали в сторону Одесской мэрии. Руслан Боделан вообще не раз заявлял, что готов дать показания, чтобы изобличить заказчиков убийства.

Но как-то у него всё никак не складывалось с дачей показаний, а следствие, которому, казалось бы, так нужен был бы такой идущий на откровенность свидетель, не очень-то и настаивало на его показаниях. Наверное, следствие не слишком верило в боделановские откровения. Впрочем, если есть в чём признаться, то Руслану Борисовичу и сегодня это сделать не поздно, предварительно экстрадировавшись в Одессу из города на Неве.

Одним из важнейших направлений расследования было экономическое. В первую очередь, это, конечно, хозяйственная деятельность "Вечерней Одессы". Следствие должно было выяснить, на какие средства существует газета. Ведь одним только привлечением рекламы, даже очень большой, и продажей газеты редакция существовать не могла. В новых политических и экономических условиях начала и середины 90-х годов, когда содержать такое крупное издание нужно было уже самостоятельно, без партийно-государственных вливаний, Деревянко декларировал принцип: побольше соучредителей, чтобы ни от кого от них не зависеть.

На последней странице газеты, в выходных данных учредителей действительно было много, но кто из них оказывал решающее влияние на жизнь газеты? А может их в этом открытом списке вообще не было? Это среди прочих экономических вопросов должно было выяснить следствие. Бориса Фёдоровича вполне могли взять в клещи присосавшиеся к экономической деятельности газеты проходимцы и махинаторы. А вспомните общеизвестный пример, когда "Вечерняя Одесса" не доплатила, если не ошибаюсь, три миллиарда карбованцев налогов? И пусть эта цифра, случившаяся в условиях галопирующей инфляции, не такая страшная, как кажется, но этот эпизод показывает, что редактора, занятого ежедневным изнуряющим журналистским творчеством, общественно-политической борьбой и текучкой, вполне могли запутать в финансовых вопросах и прихватить так крепко, насколько он, уверенный в своей способности справиться с любой ситуацией, и представить себе не мог.

Ещё одним важным направлением расследования была отработка версии об убийстве из мести, на почве личных неприязненных отношений. Эта сторона расследования тоже считалась достаточно перспективной, что впрочем, не слишком афишировалось и прикрывалось главной версией – профессиональной деятельностью убитого. В аналогичных случаях фигурантами этого направления становятся в первую очередь люди, уволенные с работы и ревнивые мужья. Отработка этой версии, не очень-то приятной по-человечески, велась очень активно, хотя видимых результатов дать не успела...

Дело находилось на особом контроле не только Генеральной прокуратуры и Министерства внутренних дел, но и Президента Украины Леонида Кучмы.

Очевидно поэтому через неделю после убийства своей должности лишился начальник Одесского городского управления внутренних дел Анатолий Берладин. Снятие Берладина, опытнейшего следователя, державшего в своих руках и голове нити расследования, было грубейшей, непростительной ошибкой – а, может, и совершенно целенаправленным действием – министра внутренних дел Украины Юрия Кравченко, что, не исключаю, в дальнейшем в значительной мере помешало установить истину по делу, а если говорить прямо, позволило в гораздо более комфортной обстановке фальсифицировать дело. В этих условиях насмешкой выглядело присвоение в двадцатых числах августа начальнику Одесской областной милиции Ивану Григоренко генеральского звания ко Дню независимости.

Впрочем, самого Ивана Григорьевича в этом винить не стоит, ведь представление Президенту очевидно делалось задолго до убийства Б.Деревянко.

***

Убит Борис Деревянко был на тротуаре, напротив дома N51 по улице Академика Филатова, четырьмя выстрелами из пистолета – двумя в спину и по одному – в грудь и живот. Экспертиза установила, что выстрелы производились с расстояния не менее трёх метров. Пули были извлечены из тела на следующий день. А вот гильз так и не нашли, хотя не только всё кругом облазили, копаясь в мокрой земле и траве, но потом ещё слой земли снимали, чтобы просеять. Нет, не нашли. Поэтому высокопоставленные милицейские руководители выдвинули для журналистов версию о том, что убийца стрелял из целлофанового кулька, куда и попадали гильзы. Странная версия, хорошо хоть – не из презерватива, хотя из него, кстати, стрелять было бы гораздо удобней, так как он с руки бы не спадал.

Зато между домами по улице Академика Филатова, на пути возможного отступления убийцы, утром 12 августа гражданин находит кобуру для пистолета!.

***

Ещё большая удача улыбнулась вечером 30 августа 1997 года. Наряд милиции заметил в автомобиле, долго стоявшем на одесской улице, двух споривших мужчин. Но дело не в этом, а в том, что в машине, под сидением, был обнаружен готовый к применению пистолет с глушителем.

В райотделе через некоторое время задержанные, а ими оказались жители Приднестровья Бокован и Рябушенко, признались в том, что должны были застрелить некоего Ц. по заказу их знакомого жителя Приднестровья Петримана.

31 августа оперативники выезжают за Петриманом, чтобы "пригласить его для беседы в Одессу", то есть похищают его. В Одессе некоторое время работают с Петриманом и выясняют, что он получил заказа на убийство Ц. от своего знакомого жителя Приднестровья Александра Глека. Основным же заказчиком убийства Ц. является "какой-то дед, у которого в Одессе убили сына". Но самым главным, что сказал Петриман, было то, что якобы Глек хвалился перед ним, что "в Одессе убил – какого-то редактора" и хорошо на этом заработал.

(История 66-летнего на тот момент Василия Филипповича Кукуева поистине душераздирающа.

Его сын был зверски избит – восемь проломов черепа – и на следующий день скончался.

Милиция ничего не хотела делать, чтобы найти преступников. Невозможно было без слёз слушать рассказ Кукуева в суде о том, как он ползал по земле, делая для следствия соскобы крови сына. Его родной крови...

- Говорят, что люди равны между собой, – с горечью давал показания в суде Кукуев. – Убийцу Деревянко искали 1200 человек. Убийцу моего сына не искал никто.

Кукуев убедил себя, что Ц. является заказчиком убийства сына и поклялся отомстить...

Так появился Глек.)

Одесские оперативники 1 сентября опять выезжают в Приднестровье. Здесь они с большими приключениями находят, потом теряют, затем опять находят этого Глека и похищают его, вывозят на автомобиле в Одессу.

После задержания Петримана его (Петримана) "кололи" на убийство Деревянко.

Кандидатура, кстати, на эту роль была вполне подходящая: Петриман уже отбыл срок за соучастие в убийстве. Глек же к уголовной ответственности не привлекался. Но стоило Петриману сказать о том, что редактора в Одессе убил Глек, как с ним моментально перестают работать "по Деревянко" и тут же полностью переключаются на плотную работу с Глеком. Почему?

(Окончание следует.)

Борис Штейнберг, журналист.

Специально для Интернет-газеты "Взгляд из Одессы".










© 2007 - 2020, Народна правда
© 2007, УРА-Інтернет – дизайн і програмування

Передрук матеріалів дозволяється тільки за умови посилання на "Народну правду" та зазначення автора. Використання фотоматеріалів із розділу "Фото" – тільки за згодою автора.
"Народна правда" не несе відповідальності за зміст матеріалів, опублікованих авторами.

Технічна підтримка: techsupport@pravda.com.ua