Пошук на сайті:
Знайти



Народні блоги

Додати стрічку статей сайту до свого iGoogle
Останні публікації

Почему они не захотели раскрывать убийство Бориса Деревянко? (Часть первая)

Андрей1341 | 6.08.2009 15:43

2
Рейтинг
2


Голосів "за"
3

Голосів "проти"
1

Приближается 11 августа, очередная, теперь уже двенадцатая скорбная годовщина со дня убийства Бориса Фёдоровича Деревянко, выдающейся личности, замечательного журналиста, редактора газеты "Вечерняя Одесса".

Александра Глека сейчас опять судят. Того самого Глека, отбывающего пожизненное наказание за решёткой, которым ему заменили расстрел. Того Глека, которого мы обязаны – согласно приговору суда – считать убийцей журналиста Деревянко. Глека, которого, судя по всему, назначили на роль убийцы Деревянко тогдашние, 1997 года, областные руководители – милицейский, Иван Григоренко, и прокурорский, Василий Иванов.

Не подумайте, упаси бог, что я говорю о заказчиках убийства. Нет, речь идёт о том, что Глек, скорее всего, убийцей Деревянко не является.

***

Начало моей журналистской работы в "Вечерней Одессе", да и вообще в журналистике, совпало с избранием Бориса Фёдоровича Деревянко народным депутатом СССР. Журналистка и моя наставница Наталья Борисовна Кагайне стала официальным помощником народного депутата, я это делал в неофициальном качестве. В общем, журналистские и депутатские дела переплелись настолько, что отделить их в работе самого Деревянко, его помощников и всей редакции было невозможно, да и незачем. Много добрых дел смог тогда сделать Борис Федорович и весь коллектив "Вечерней Одессы". Для меня ощущать себя – и быть – среди ближайших соратников Деревянко, кумира моей юности, было большим счастьем. Так же, как видеть, что только что мою статью, сданную поздним вечером, Деревянко лично (в редакции уже никого не было) спустившись с восьмого этажа на первый, уносит в типографию, чтобы срочно поставить её в верстающийся номер.

***

Через несколько лет мне стало крайне неприятно осознавать, что тот высокий моральный уровень, установленный в нашей журналистской работе, Борис Фёдорович не всегда выдерживает. В течение нескольких месяцев ряд моих очень сильных статей так и не появился на страницах "Вечерней Одессы". Оказывалось так, что под критические стрелы попадали люди, которых редактор не считал должным трогать.

Вот пример. Можно было сколько угодно критиковать начальника одного милицейского райотдела Я. Зато начальника другого райотдела Д. мог пожурить на страницах газеты только сам редактор. Однажды, разозлившись, я пошёл на хитрость: не назвав райотдел, которым руководит Д., написал о взятке, на которой были задержаны два оперативника этого райотдела. Заметка вышла, крик на летучке после этого был в мой адрес очень сильный...

Как-то редактор направил меня на какое-то мероприятие в Дом ученых. Там выступал один деятель от журналистики, несмотря на внешний аристократический лоск, так и оставшийся на многие годы самым грязным специалистом по журналистским инсинуациям и провокациям. Достаточно вспомнить его творение, кстати переведенное на газетный язык для "Вечерней Одессы" с мерзкими антисемитскими выпадами в адрес Эдуарда Гурвица. Что же касается той встречи в Доме учёных, то я написал фельетон, который, как вы можете догадаться, на страницах "Вечерней Одессы" не вышел.

Да, и немного об "интернационализме". Как-то утром вызывает меня Борис Федорович в свой кабинет:

- А почему это ж/.../е журналисты стали у нас так плохо работать?

Сказать, что это шокировало меня, значит ничего не сказать. Да если бы мне о таких словах Деревянко кто угодно рассказал, я бы никогда не поверил в подобную мерзкую ложь. Но эти слова были обращены ко мне, и это говорил человек, который писал, как гневно сжимались у него кулаки, когда партийные бонзы высчитывали, сколько журналистов-евреев работает у него в "Вечерней Одессе"?! Да, противоречива сущность человеческая. И вершиной этой противоречивости был Борис Фёдорович Деревянко.

Конфликт, открытый конфликт был неизбежен...

***

К моменту гибели Деревянко я уже год в "Вечерней Одессе" не работал. Его убийство стало для меня личной трагедией. Чем мог, негласно помогал следствию. Убийство произошло в понедельник. А в субботу меня увезли на допрос в Малиновский райотдел, где находился штаб по раскрытию преступления. В течение трёх часов меня допрашивал руководитель следственной бригады старший следователь прокуратуры Одесской области В.Завадский. Я ещё не знал, что среди первых бумаг, которые были обнаружены в столе Бориса Федоровича во время обыска сразу после убийства, была наша с ним служебная переписка, выдержанная, особенно с моей стороны, в крайне жестких тонах.

- Мы вас ни в чём не подозреваем, – с этих слов начал допрос следователь.

(Продолжение следует)

Борис Штейнберг, журналист.

Специально для Интернет газеты "Взгляд из Одессы










© 2007 - 2020, Народна правда
© 2007, УРА-Інтернет – дизайн і програмування

Передрук матеріалів дозволяється тільки за умови посилання на "Народну правду" та зазначення автора. Використання фотоматеріалів із розділу "Фото" – тільки за згодою автора.
"Народна правда" не несе відповідальності за зміст матеріалів, опублікованих авторами.

Технічна підтримка: techsupport@pravda.com.ua