Пошук на сайті:
Знайти



Народні блоги

Додати стрічку статей сайту до свого iGoogle
Останні публікації
Методи НКВД   НКВД   Гестапо   Лубянка   Україна   Західна Україна   ОУН   УПА   ГУЛАГ   1941-1945   Друга Світова.

Методика роботи НКВД в період Другої Світової за матеріалами ФСБ:

Гетьман | 30.10.2007 16:33

14
Рейтинг
14


Голосів "за"
20

Голосів "проти"
6

Чи хорошою була служба НКВД за всі роки свого існування, то вже мало хто, дає безглузду відповідь так. Але залишається питання з тими, хто вважає її трішки "неправильною" і за жорсткою, але в цілому корисною. І тільки українцям в нелюдськості і садизмі НКВД-ешників сумніватись не приходиться, як і полякам, і білорусам, і прибалтам, ...

До вашої уваги пропоную матеріали з книги, яка розміщена на сайті ФСБ Росії, "Исторические чтения на Лубянке 2000 год. Отечественные спецслужбы накануне и в годы Великой Отечественной Войны 1941-1945 гг." Комиссарова В.М. Це за змістом збірка матеріалів різних авторів по заданій темі, яка покликана розкрити методику роботи НКВД в період Другої Світової. Матеріали виявляються цікавими з тієї точки зору, що якщо відкинути з них російський патріотизм та не зважати на постійні спроби виправдати НКВД і радянське керівництво в роки 1941-1945, то можна віднайти багато підтверджень методиці роботи каральної машини на Україні. І цим самим обеззброїти по багатьом позиціям непоінформованих кремлівським керівництвом українських філій фсб-ешних крикунів за "правильне НКВД" і все що з цього слідує.

В деяких моментах, де вважатиму за потрібне буду коментувати написане. Але будучи патріотом України, чи просто ознайомленим з діяльністю НКВД зі слів українських націоналістів, демократів, гетьманців, репресованих, засуджених, страчених, чи з української історії відкритої в роки Незалежності, зрозуміло, що таке доповнення здаватиметься зайвим. Проте, все ж вважаю це доцільним, з огляду на існування деякої частини аудиторії, яка була свідомо введена в оману ворожими до українства силами, які користуючись свободою слова як інструментом втюхування своєї точки зору технологіями, а не аргументами, змусили деяких людей засумніватись. Не рідко однією з таких технологій було підсилення враження про НКВД запевняючи про повну її безгрішність. Таким чином, розуміючи що такого бути не могло, все ж, певна частина людей, дивлячись на існування нібито щирих прихильників цієї тези, починають думати, що може й справді не таке вже й погане те НКВД. Ця ілюзія психологічної облуди розвіюється, якщо ж все ж взяти не емоційну частину прихильників НКВД, а фактичну, яку потім обробляють проросійські явні і приховані пропагандисти для вигідного подання публіці. Тому для цього й буде корисною інформацією: на чому ж вчаться ФСБ-шники, що потім розвертають різного роду агітації проти України?

"В.Н. ХАУСТОВ (доктор исторических наук, профессор. Академия ФСБ РФ)

ПЕРЕСТРОЙКА ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ОРГАНОВ ГОСБЕЗОПАСНОСТИ В ПРЕДВОЕННЫЕ ГОДЫ

...В период с осени 1939 до лета 1941 года на территории Западной Украины и Белоруссии, прибалтийских государств управления НКВД проводили оперативные мероприятия по подготовке и проведению массовых депортаций населения, а также специальных операций по разгрому сепаратистских формирований. В общей сложности арестам и депортациям подверглись более 400 тысяч человек. В определенной мере мы видим повторение тех мер, которые происходили на территории советских республик в первые годы после Октябрьской революции 1917 года и в период массовых репрессий 1937-1938 годов. Существенным отличием стало резкое сокращение применения высшей меры наказания, поскольку социально-политическая обстановка в данных регионах не рассматривалась в качестве угрожающей для СССР."

До цього варто додати, що депортація для дітей, жінок, вагітних матерів, старших людей, хворих і поранених, яких було не один десяток тисяч серед ціє цифри "більше 400 тисяч" за підготовчий період, в холодні і голодні Сибіра та інші не пристосовані для життя місця, якраз і було мученицькою вищою мірою покарання. А вказані території депортації не дають сумніватись в національній ознаці переслідування. Причому, щодо "не розглядалась обстановка загрозливою для СССР", то це виливалось у впевненості в безкарності вчинення будь-яких дій проти окупованого населення. Розкриті катівні НКВД з приходом німців цілком довели таке тлумачення безпечності за соціально-політичну обстановку в Західній Україні, Білорусії і прибалтійських країнах.

"В. В. КОРОВИН (доктор юридических наук, профессор Академии ФСБ РФ)

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ОРГАНОВ ГОСБЕЗОПАСНОСТИ В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

...Советские разведчики и агенты проникли в ряд абверкоманд и абвергрупп, Борисовскую, Гомельскую, Киевскую, Полтавскую, Рижскую, Смоленскую и другие разведывательно-диверсионные школы абвера и Главного управления имперской безопасности. Они выявляли планы и практические действия по организации на фронте и в советском тылу диверсий, сбору разведывательной информации, организации террористических актов, добывали сведения о системе подготовки агентуры.

Неоценимую помощь органы государственной безопасности оказали широко развернувшемуся на оккупированной территории партизанскому движению. На базы крупных партизанских соединений Ковпака, Сабурова, Наумова, Вершигоры, Бегмы и других были заброшены специальные группы, которые проводили активные мероприятия по ограждению этих формирований от проникновения шпионов, диверсантов и террористов, по контрразведывательному обеспечению боевых и разведывательно-диверсионных операций партизан..."

Крім цих задач, в роботу цих органів держаної безпеки Радянського Союзу включалось також направлення як німців, так і червоноармійські партизанські з'єднання на боротьбу проти можливих тактичних союзників, але стратегічних ворогів для Сталіна. Так підштовхували німців до каральних операцій, у випадку можливості агентурного впливу на ці процеси, що зрозуміло викликало відповідні настрої в населення. У випадку зі з'єднанням Ковпака, НКВД вбило Руднєва за спробу домовитись разом з УПА бити німців.

"А. Я. МАЛЫГИН (доктор юридических наук, профессор. Юридический институт МВД РФ)

О РОЛИ НКВД В УКРЕПЛЕНИИ ОБОРОНОСПОСОБНОСТИ СТРАНЫ НАКАНУНЕ И В НАЧАЛЕ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

...Введение в конце 1932 года единой паспортной системы и ряд других мероприятий позволили обеспечить учет населения на достаточно высоком уровне. Выявленные в ходе осуществления паспортизации факты красноречиво свидетельствовали об остроте проблемы. Достаточно сказать, что в Магнитогорске до паспортизации числилось 250 тысяч жителей, "фактически же в момент паспортизации оказалось около 75 тысяч". На Сахалине до введения паспортов по отчетным данным проживало 120 тысяч, а по итогам паспортизации – 60 тысяч жителей. Даже на предприятиях расхождения в данных были весьма существенными. К примеру, на заводе "Большевик" по отчетности, существовавшей до введения паспортной системы, значилось 22 тысячи, фактически же работало 19 тысяч человек.

Причины подобного явления заключались в следующем. Во-первых, в ходе паспортизации широко применялись репрессии в отношении лиц, лишенных права получать паспорта, и тех, кому было отказано в прописке. Так, по состоянию на август 1934 года по РСФСР за нарушение правил паспортной системы было "осуждено внесудебным порядком" – 65661, предано суду – 3596, "административно удалено" – 175627, оштрафовано – 185080 человек. Естественно, что граждане, проживавшие в городах, рабочих поселках, работавшие на транспорте, в совхозах и на новостройках (а именно для них в обязательном порядке вводились паспорта согласно постановлению ЦИК и СНК СССР от 27 декабря 1932 года)...

...В рамках ГУЛАГ НКВД СССР были созданы лагеря специального, оборонного, промышленного, железнодорожного и шоссейного строительства, по строительству аэродромов, строительству и эксплуатации предприятий горно-металлургической, топливной, химической, целлюлозно-бумажной промышленности..."

Яку роль зіграла паспортна система для українців в 1932-1933 роках звісно в тексті не згадано, як і жодним словом не згадано Голодомор на Україні, Кубані та інших українських поселеннях Радянського Союзу. Паспортизація дозволяла перш за все чекістам виявляти за відсутністю такого, хто приречений на голодну смерть. А ГУЛАГ-це зовсім не добровільна комсомольська організація, а жорстка система таборів, де працю в'язнів використовували, як раб силу. І гордитись цим більш ніж не доречно.

"Н.С. ПЛОТНИКОВА (Академия ФСБ РФ)

РОЛЬ СОВЕТСКИХ КОНТРРАЗВЕДЫВАТЕЛЬНЫХ ОРГАНОВ В ВЫЯВЛЕНИИ АГРЕССИВНЫХ ПЛАНОВ ГЕРМАНИИ

...За несколько недель до начала Великой Отечественной войны, в мае-июне 1941 года, поступили записи разговоров, которые не оставляли никаких сомнений в агрессивности германских устремлений: "На русских произведет исключительное впечатление то, что мы их вызовем на бой, примерно недели через три", – рассуждали представители вермахта в СССР. Началась срочная эвакуация сотрудников посольства с семьями и высылка в Германию тех сотрудников, которые болтали о предстоящих военных действиях. Данные записи должны были заставить советское руководство принять более эффективные мероприятия для приведения частей Красной Армии в боевую готовность.

Резкая активизация деятельности националистических формирований весной 1941 года свидетельствовала о подготовке ими вооруженных выступлений, согласованных с планами военных действий Германии против СССР. В обобщающей справке от 16 апреля 1941 года нарком государственной безопасности СССР В.Н. Меркулов приводил многочисленные факты о том, что в различных областях (особенно Станиславской и Тернопольской) арестованные руководители областных и уездных организаций ОУН показывали о своей готовности "в момент войны поднять восстание в тылу, захватить важнейшие советско-партийные учреждения и стратегические пункты". Подъем сепаратистского движения весной 1941 года также являлся тревожным фактором..."

Ці тези досить явно і відверто свідчать про присутність арештів українських націоналістів, а про масштаби цього явища може свідчити заключення про загрозу нападу Германією на СССР з самого фату їх діяльності.

"А.М. ПЛЕХАНОВ (доктор исторических наук, профессор. Академия ФСБ РФ)

ОПЕРАТИВНЫЕ ЗАСЛОНЫ ОСОБЫХ ОТДЕЛОВ И ЗАГРАДИТЕЛЬНЫЕ ОТРЯДЫ ВОЙСК НКВД В ПЕРВЫЕ МЕСЯЦЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

...Остановимся лишь на одной, трагической странице первых месяцев войны: на чрезвычайных мерах, которые предпринимались оперативными заслонами и заградительными отрядами по предотвращению паники в войсках, восстановлению боеспособности частей и подразделений Красной Армии.

К началу Великой Отечественной войны обеспечением безопасности государства занимались четыре самостоятельные структуры: НКВД СССР, НКГБ СССР, 3-е управление НКО и 3-е управление НКВМФ. Война потребовала большей централизации сил и средств ведомств безопасности, что являлось важнейшей причиной объединения НКВД и НКГБ в один наркомат – НКВД (в его состав вошли и войска НКВД со своим Особым отделом); Третьи управления НКО и НКФ были преобразованы в особые отделы этих наркоматов НКО и НКФ. Это произошло 20 июля 1941 года и стало одной из мер по перестройке работы государственного аппарата в условиях войны.

В исторической литературе чаще всего называют две даты создания заградительных отрядов: во время битвы под Москвой или в дни Сталинградского сражения (знаменитый сталинский приказ "Ни шагу назад!"). Об оперативных заслонах Особого отдела НКВД вообще не упоминается.

Обратимся к "Справке", направленной заместителем начальника управления Особого отдела НКВД СССР, комиссаром государственной безопасности 3 ранга Соломоном Рафаиловичем Мильштейном в октябре 1941 года (число не указано) на имя наркома внутренних дел Л.П. Берии1.

В документе говорится, что "с начала войны по 10 октября сего года особыми отделами НКВД и заградительными отрядами войск НКВД по охране тыла было задержано 657 364 военнослужащих, отставших от своих частей и бежавших с фронта. Из них оперативными заслонами особых отделов задержано 249969 человек и загради тельными отрядами войск НКВД по охране тыла – 407395 военнослужащих.

Из числа задержанных особыми отделами арестовано 25878 человек, остальные 632 486 человек сформированы в части и вновь направлены на фронт. В числе арестованных особыми отделами: шпионов – 1505, диверсантов – 308, изменников – 2621, трусов и панике ров – 2643, дезертиров – 8772, распространителей провокационных слухов -3987, самострельщиков – 1671, других – 4371 всего 25878".

Сделаем первый вывод: заградительные отряды были созданы не позднее 20 июля 1941 года. Но есть все основания полагать, что они существовали и ранее, до создания новой структуры Наркомата внутренних дел. Помимо заградотрядов на фронте действовали заслоны особых отделов НКВД, выполнявшие аналогичные задачи. Каковы были их права?

Трудно говорить о квалификации состава преступления конкретного человека в условиях всеобщей – неразберихи, деморализации и потери управления соединениями и частями. Часто это был суд скорый, но не правый. Хорошо известный нам Илья Григорьевич Старинов рассказывал, что случайно спасся от расстрела в первые дни войны. Его группа минировала и взрывала мосты за отходящей армией и была разоружена заградотрядом войск НКВД. Их всех признали за немецких диверсантов, заставили снять ремни, сапоги, построили в одну шеренгу, выделенным красноармейцам дали команду "приготовиться к расстрелу фашистов". Но в это время проезжал работник особого отдела, узнал Старикова, расстрел не состоялся.

Как же происходила процедура установления виновности красноармейца или командира? Пишут, что сотрудники особых отделов готовили документы, по которым решение выносили трибуналы. Но это по законам элементарной логики, однако, в условиях крайних мер борьбы с реальным противником они не учитываются ни одной из противоборствующих сторон. Обратимся к названному документу: "По постановлениям особых отделов и по приговорам военных трибуналов (подчеркнуто нами. – А.П.) расстреляно 10201 человек, из них расстреляно перед строем 3321 человек".

Делаем второй вывод: право расстрела принадлежало не только военным трибуналам, но и командирам заслонов особых отделов и заградительных отрядов войск НКВД. Разница лишь в том, что одни выносили постановления, а другие – приговоры. К тому же возобновилась практика времен Гражданской войны; расстрелы перед строем – мера крайняя, служившая устрашению. У красноармейца и командира был выбор: или бесславно погибнуть, будучи расстрелянным своими за проявленную трусость, или идти вперед и сражаться, надеясь остаться живыми.

Существует еще одна неверная точка зрения о том, что заградительные отряды были созданы на всех фронтах только в 1942 году. "Справка" не подтверждает этого. Из нее видно, что к 20 июля 1941 года заградотряды и оперативные заслоны существовали на Северном, Северо-Западном, Карельском, Ленинградском, Западном, Брянском, Центральном, Юго-Западном, Южном фронтах и даже в Резервной армии.

По вполне понятным причинам наибольшую активность они проявили на Западном фронте: арестовано 4013 человек, из них расстреляно 2136, расстреляно перед строем 556. В то же время на Южном фронте соответственно: 3599, 919, 191; на Северо-Западном – 3440, 1600, 730; на Юго-Западном – 3249, 868, 280; на Северном -1683, 933, 280; на Ленинградском – 1044, 854, 430; на Карельском -468, 263,132, на Брянском – 799, 389, 107; на Центральном – 686, 346, 234; в Резервной армии – 2516, 894,157 человек.

"Справка" С.Р. Мильштейна дает ответы лишь на некоторые вопросы, часть же из них до сих пор нуждается в уточнении или дополнительном изучении. Когда и решением какого высшего государственного органа власти были созданы заградительные отряды войск НКВД и оперативные заслоны особых отделов НКВД? Кем и когда было определено их правовое положение? Какова их роль в ходе войны и какова дальнейшая судьба?"

Тут і коментувати майже нічого, крім хіба що, яка ж все таки доля була "дурнувата" в червоноармійців з числа українців. Яких гнали вперед на міни, примарним шансом вижити, коли від куль загранотрядів спастись не було можливим. Та й варто додати те, що доводилось то саме найтяжче все тим же українцям із Західного фронту, враховуючи російські підозри.

"А.И. ЦВЕТКОВ (доктор военных наук, профессор-Академия ФСБ РФ)

УЧАСТИЕ ОРГАНОВ ГОСБЕЗОПАСНОСТИ В ПАРТИЗАНСКОЙ БОРЬБЕ В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

...Существенный вклад в организацию и ведение партизанской борьбы на оккупированной территории в годы войны внесли органы безопасности. Из 2222 оперативных групп и отрядов, направленных органами безопасности в годы войны в тыл врага, около 600 превратились в крупные партизанские формирования...

...Только на базе ОМСБОН НКВД-НКГБ СССР для партизанских отрядов и оперативных групп, забрасываемых в тыл врага, было подготовлено 803 радиста, 534 инструктора-подрывника, 5255 рядовых подрывников, около 4 тысяч других специалистов. Более 800 сотрудников органов безопасности в годы войны были направлены в партизанские соединения и отряды для ведения контрразведывательной работы. Ими было разоблачено несколько сот вражеских шпионов и террористов...

...Всего в годы Великой Отечественной войны партизанскими отрядами и соединениями, руководимыми чекистами, было уничтожено 229 тысяч гитлеровцев, подорвано 2852 вражеских эшелона, выведено из строя 1326 железнодорожных и шоссейных мостов, нанесен другой материальный ущерб захватчикам...

... Рассмотренные вопросы об участии органов безопасности в партизанской борьбе в годы Великой Отечественной войны позволяют сделать следующие выводы. Во-первых, органы безопасности не только помогали государственным и местным органам власти в становлении и организации партизанского движения, но и сами принимали непосредственное участие в нем, были определенной цементирующей силой этого движения. Во-вторых, опыт Великой Отечественной войны показал значение заблаговременной подготовки оперативного состава и его помощников к обеспечению безопасности партизанских формирований, а при необходимости – и к руководству ими. В-третьих, чекистский опыт может быть с успехом использован в новых исторических условиях, когда этот вопрос из чисто теоретического при возникновении реальной военной угрозы против нашего Отечества может быть поставлен в повестку дня практической деятельности органов безопасности..."

Коментарій найважливіший по цифрам. Мова йде про те, що співвідношення вбитих між німецькими і радянськими військовими за період Другої Світової це в середньому 1 до 5 чи 7. Партизанський характер боротьби взагалі чи не найвтратливіший по людях. Тому на "200 тисяч гітлерівців" має припасти не менше мільйона радянських партизан. Але тоді б і руху ніякого партизанського не було, а це була б армія і про окупацію тоді б і не йшлося. Отже швидше за все це вбиті цивільні особи, тилові працівники тому подібне, а число вбитих військових гітлерівців в цій цифрі значно менше. А останній абзац може відкрити деякі аспекти теперішньої діяльності проросійських екстреміських організацій в Україні.

"M.А. ХАЙРОВ (кандидат исторических наук, доцент) Академия ФПС РФ

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ РАЗВЕДКИ ПОГРАНИЧНЫХ ВОЙСК В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

...Общие результаты оперативно-служебной деятельности пограничных частей по охране тыла действующей Красной Армии за 1941 год по далеко не полным данным характеризуются следующими показателями. Среди задержанных 685 629 было выявлено шпионов, диверсантов, агентов противника и террористов 1001, ставленников и пособников врага – 1019, дезертиров – 29064, бандитов – 56, мародеров – 492, уклонившихся от службы в Красной армии – 19817, бежавших с оборонных работ – 4260...

...Начальником Украинского ШПД стал бывший пограничник, прошедший путь от начальника заставы на Дальнем Востоке до начальника Молдавского погранотряда, нарком внутренних дел УССР генерал Т.А. Строкач. Начальником Латвийского ШПД был назначен бывший пограничник полковник А.К. Спрогис, заместителем начальника Брянского ШПД – генерал А.П. Горшков, служивший до войны в погранвойсках. Во многих партизанских формированиях пограничники возглавляли разведывательную работу, являлись заместителями командиров отрядов и соединений по разведке, осуществляли формирование и подготовку разведывательно-боевых групп из партизан. После перенесения боевых действий на территории сопредельных государств наша пограничная полоса являлась ближайшим тылом действующей армии, куда гитлеровская разведка продолжала активно забрасывать шпионов и диверсантов.

Сложность оперативной обстановки определялась и наличием в пограничных районах оставленной врагом агентуры. Особую опасность представляла разветвленная, хорошо замаскированная сеть подпольных сепаратистских организаций. В этих условиях перед пограничными войсками встали две основные задачи. Во-первых, требовалось организовать надежную охрану границы. Во-вторых, необходимо было организовать выявление и ликвидацию в пределах пограничных районов оставленной немцами агентуры и диверсионно-террористических банд. В освобожденных районах западного участка границы развернулась борьба с бандитизмом. Достаточно сказать, что по состоянию на 3 сентября 1944 года разведка погранвойск выявила по Украинскому округу 69 банд (9894 участника), по Прикарпатскому округу – 8 банд (2915 участников). С момента освобождения советской территории до 15 сентября 1944 года на участках пограничных отрядов Украинского, и Прибалтийского округов было проведено 73 операции по ликвидации выявленных банд, в результате которых было убито 31 и задержано 4637 бандитов, захвачено большое количество оружия и боеприпасов. Литовским погранокругом было проведено 65 таких операций, ликвидировано 15 вооруженных банд. Во всех случаях войсковым действиям предшествовали агентурно-оперативные мероприятия разведывательных отделов и отделений погранвойск и органов госбезопасности..."

Перше, що не може не кинутись в очі це велика розбіжність між кількістю затриманих 685 629 і дальшому переліку порушників, яким таки щось приписали 55 679. Хто ж такі решта 629 950? Далі по цифрами: не важко розділити 9894 на 69, результат по 144 людини в так називаємих "бандах". Навряд чи така кількість людей могла існувати без організації. Аналогічна ситуація і з Прикарпатським округом, де число 2915/8 складає вже по 365 чоловік. По Литві наче навмисно не подана кількість учасників 15 банд.

"О.Б. МОЗОХИН (кандидат юридических наук. Академия ФСБ РФ)

ВНЕСУДЕБНЫЕ ПОЛНОМОЧИЯ ОРГАНОВ НКВД СССР В ПРЕДВОЕННЫЕ И ВОЕННЫЕ ГОДЫ

В предвоенные годы были предприняты меры на свертывание крупномасштабных репрессий. В постановлении СНК СССР и ЦК ВКП (б) от 17 ноября 1938 года "Об арестах, прокурорском надзоре и ведении следствия" предлагалось прекратить производство массовых операций по арестам и выселению. Аресты было предложено производить в строго индивидуальном порядке, по предварительному согласованию с прокуратурой...

...17 февраля 1939 года было дано разъяснение о порядке освобождения из ИТЛ и колоний трудпоселенцев, которые отбыли срок наказания, и кулаков, семьи которых были высланы в трудпоселки. Данная категория лиц по отбытии срока наказания в лагерях и колониях должна была направляться обратно в трудпоселки. Были утверждены новые списки местностей, в которых запрещалось проживать лицам, высланным постановлением ОСО.

После принятия постановления СНК СССР и ЦК ВКП (б) от 17 ноября 1938 года было подтверждено право органов НКВД СССР вести следствие с применением мер физического воздействия: "ЦК ВКП считает, что метод физического воздействия должен обязательно применяться и впредь, в виде исключения, в отношении явных, и неразоружающихся врагов народа как совершенно правильный и целесообразный метод ЦК ВКП требует от секретарей обкомов, крайкомов, ЦК нацкомпартий, чтобы они при проверке работников НКВД руководствовались настоящим разъяснением". Таким образом, контролирующие органов госбезопасности – партноменклатура – вновь могли требовать от НКВД "выбивание" нужных показаний от арестованных.

В связи с реорганизацией НКВД СССР 8 апреля 1941 года было приказано прием и рассмотрение заявлений о снятии судимости с лиц, судимых бывшей коллегией ОГПУ, ОСО НКВД и тройками, возложить в республиканских, краевых и областных центрах на 1-е спецотделы НКВД-УНКВД, а в районах – на городские и районные отделы (отделения) НКВД. С присоединением западных областей, в первую очередь это касалось Украины, всех совершеннолетних членов семей осужденных оуновцев, а также активных повстанцев как арестованных, так и убитых при столкновениях, предлагалось ссылать в отдаленные районы Красноярского края, Омской, Новосибирской и Иркутской областей, а их имущество конфисковывать.

С началом Великой Отечественной войны в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 года (п.3-з) военные власти стали иметь право на территориях, объявленных на военном положении, принимать решение о выселении лиц, признанных социально опасными. Выселение этой категории лиц возлагалось на органы НКГБ-НКВД.

28 июня 1941 года проведение следствия по всем делам об изменниках родины, бежавших или перелетевших за границу, кроме военнослужащих, было возложено на органы НКГБ. Надзор за следствием возлагался на прокуроров военных округов. Ведение следствия о членах семей военнослужащих, совершивших или покушавшихся на это преступление, возлагалось на третьи управления НКО, НКВМФ и третьи отделы НКВД. По окончании следствия дела должны были направляться, при квалификации по ч.1 ст.58-1, в военные трибуналы, а по ч.2 той же статьи УК РСФСР и соответствующих статей УК союзных республик, – в ОСО при НКВД СССР. В тот же день был установлен новый порядок выполнения ранее объявленной инструкции о ссылке в отдаленные северные районы СССР членов семей изменников родины.

В связи с паническими настроениями, связанными с наступлением немецкой армии, ГКО своим постановлением от 17 июля 1941 года о преобразовании органов третьего управления НКО СССР в особые отделы НКВД СССР предоставил последним право apecтa дезертиров, а в необходимых случаях и расстрела их на месте. Эта внесудебная мера сыграла положительную роль в стабилизации обстановки на фронте в этот драматический период...

... Всего Особым совещанием при НКВД СССР было рассмотрено в 1939 году – 13021 дело, в 1940 году – 42912 дел, в 1941 году -14266 дел, в 1942 году – 77547 дел, в 1943 году – 25131 дело, в 1944 году – 10 600 дел (сведения неполные), в 1945 году – 20587 дел. К высшей мере наказания по делам, ведшимся органами НКВД, было приговорено в 1939 году 2601 человек, в 1940 году – 1863 человека, в 1941 году – 23 786 человек, в 1942 году – 26510 человек, в 1943 году -12589 человек, в 1944 году – 3110 человек, в 1945 году – 2308 человек..."

Проаналізуємо цифри. По сумі розглянуто 204 064 справи, з них вбито НКВД 72 767 людей. Продуктивність такої "праці" становить 35 відсотків. Тобто кожен третій був приговорений до смерті. З такими розрахунками можна було без розгляду якихось справ розстрілювати кожного третього, що при похибці в рішеннях за умов недосконалої системи слідства, дало б той самий "результат". Крім цього в тексі явно вказано про депортацію сімей членів українських націоналістів, партизан і інших, кого радянська влада вважала ворогами. А передостанній абзац свідчить про необмежені можливості НКВД чинити що заманеться з "ворогами" як і з їх майном, які по цифрам і були використані "на повну".

"Б.Н. КОВАЛЕВ (кандидат исторических наук, доцент. Новгородский государственный университет)

СОВЕТСКИЕ ОРГАНЫ ГОСБЕЗОПАСНОСТИ В НАЦИСТСКОЙ ПРОПАГАНДЕ НА ОККУПИРОВАННОЙ ТЕРРИТОРИИ РОССИИ (1941-1944 гг.)

...Наибольшей распространение получила печатная пропаганда. При составлении листовок и прокламаций за основу брался конкретный материал, который мог быть известен местным жителям и из других источников информации. Это могла быть партизанская акция, связанная с реквизициями, с человеческими жертвами, или участие в движении советского сопротивления работника НКВД. Последние представлялись как сила, которая стремится "заставить простых русских граждан участвовать в бессмысленной партизанщине". Также всячески подчеркивалось, что сотрудники НКВД "вяжут всех так называемых "партизан" кровью своих же односельчан"...

...К концу 1942 года советской пропаганде удалось наладить контрпропагандистскую работу. Большой резонанс среди населения вызвали листовки, подписанные иерархами Русской Православной Церкви, известными деятелями культуры, находившимися до войны в определенной оппозиции советской власти, подтверждавшие тезис о том, что эта война является Отечественной для всех русских людей. Немецкая контрпропаганда строилась на утверждении о том, что все эти писатели, поэты и священники являются простыми заложниками в руках НКВД. Так, в статье "Как напечатали Анну Ахматову" утверждалось: "под угрозой гибели сына в когтях НКВД Ахматова снова пишет надутые, фальшивые агитки... Чего не сделаешь для спасения своих детей! Скверно, но понятно"...

...Кроме газетных публикаций, на оккупированной территории России распространялось огромное количество книг о советских органах безопасности, как "научные исследования", так и воспоминания бывших узников ГУЛАГа. В 1942 году берлинское издательство Бера опубликовало на нескольких языках, в том числе и на русском, книгу, ужаснувшую всех дикими подробностями, в которых рассказывалось о трудовых лагерях системы ГПУ-НКВД. Эта книга была написана Кайтаном Клюгом и называлась "Самое величайшее рабство в мировой истории". Тираж этого произведения достиг нескольких миллионов экземпляров. Как вспоминали участники советского сопротивления, большой популярностью литература такого рода пользовалась в немецкой контрразведке и являлась необходимой составляющей обработки задержанных с целью сотрудничества их с немецкими спецслужбами...

...Ограниченное количество кинотеатров и передвижных киноустановок не позволяло охватить кинопропагандой все население оккупированных районов. Однако в крупных населенных пунктах регулярно демонстрировались для русского населения выпуски DW – германского еженедельного кинообозрения. В кинохрониках были показаны "камеры пыток" ГПУ и места массовых казней латышских и украинских националистов...

...Особо можно отметить акции, где нацисты апеллировали к международному общественному мнению и привлекали к сотрудничеству граждан нейтральных стран. Например, весьма активно освещались события, связанные с Катынским делом. Члены международной комиссии в мае 1943 года ознакомились с "...преступлениями цепного пса жидобольшевистского режима НКВД". "Останки 12 тысяч польских офицеров, попавших в плен к советским войскам в 1939 году и позднее расстрелянных войсками НКВД", демонстрировались в кинохронике, этому трагическому событию посвящались книги и международные конференции. Широко распространялась книга "Массовые казни в Катынском лесу: документальный отчет". Ударное значение в этой книге имел протокол, подписанный экспертами из двенадцати европейских стран, посетивших в конце апреля 1943 года место, где производились расстрелы. Их доклад дал обоснованность немецких обвинений в адрес органов НКВД. Нацисты со злорадством повествовали о евреях, сотрудниках НКВД, которые "приканчивали польских патриотов своим излюбленным приемом – выстрелом в затылок"..."

В даному матеріалі викладено про пропагандивну війну в 1941-1945 рр. найбільшою проблемою для радянських керівників була та обставина, що те, що використовувалось німцями як пропаганда, було правдою.

"В.В. ЮШКЕВИЧ (УФСБ РФ по Новгородской области)

КОЛЛАБОРАЦИОНИСТЫ: ОСНОВНЫЕ КАТЕГОРИИ И МОТИВЫ СОТРУДНИЧЕСТВА С НАЦИСТСКИМ ОККУПАЦИОННЫМ РЕЖИМОМ

Вопросы социального состава изменников родины, мотивация и причины их перехода на сторону врага до сих пор являются малоисследованными. Вместе с тем материалы государственных и ведомственных архивов Северо-Запада Российской Федерации дают богатый материал для работы в этом направлении, что обусловлено несколькими обстоятельствами: во-первых, длительностью оккупационного периода в этом регионе (уже в июле 1941 года немецкие войска заняли Псков и только в июле 1944 года город был освобожден); во-вторых, относительно стабильной линией фронта, что способствовало более активной и разноплановой работе оккупантов с местным населением и, в связи с этим, в- третьих, длительной и кропотливой работой территориальных органов безопасности Северо-Запада по розыску государственных преступников в послевоенный период (так, например, каратель В.В. Вечер был разыскан сотрудниками УКГБ СССР по Новгородской области в 1981 году).

Основываясь на гитлеровской идее блицкрига, на начальных этапах войны немцы не предполагали активного использования населения СССР в военных и иных целях. Исключение составляли лишь жители Прибалтики (латыши, эстонцы) и финны, из числа которых изначально формировались карательные отряды на оккупированной территории современных Ленинградской, Новгородской и Псковской областей. Срыв плана молниеносной войны заставил оккупантов пересмотреть свои взгляды на этот вопрос. По мере затягивания боевых действий задачи, возлагавшиеся на изменников, все более расширялись и приняли достаточно разнообразный характер. В конечном итоге коллаборационистов стали массово использовать для решения военных, карательных, полицейских, агентурных, пропагандистских, административных и хозяйственных задач.

При этом, очевидно, что всю массу советских граждан, так или иначе сотрудничавших с врагом, можно условно разделить на две большие группы.

В первую из них входили так называемые пассивные пособники (или пособники по принуждению). Речь идет, например, о женщинах, вынужденных в суровых условиях оккупации наниматься на работу в немецкие администрации на подсобные работы, поскольку это был единственный способ прокормить своих детей. В сельской местности наиболее уважаемые граждане иногда добровольно соглашались на должности старост, надеясь, что эти полномочия хоть как-то помогут защитить односельчан от насильственных реквизиций и иного произвола оккупантов. В других случаях под страхом расстрела на должности старост назначали бывших председателей колхозов. Они должны были обеспечить такой же сбор сельскохозяйственных продуктов, как и в довоенном 1940 году.

Во вторую группу входили активные пособники – каратели, полицейские, "власовцы", пропагандисты, агентура немецких спецслужб и прочие, на чьей совести было физическое уничтожение мирного населения, активная борьба с партизанами и антифашистским подпольем, пропагандистские мероприятия, разграбление и вывоз культурных ценностей.

Данный подход к лицам, сотрудничавшим с нацистским оккупационным режимом, был предложен еще в августе 1942 года начальником Ленинградского штаба партизанского движения М.Н. Никитиным в "Указании о способах разложения антисоветских отрядов и частей, формируемых немцами на оккупированной территории", где он отметил, что не все лица, служащие захватчикам, являются потенциальными врагами советской власти.

Работе с активными пособниками немцы уделяли особое внимание. При этом основной упор они делали на определенные социальные группы. В первую очередь их интересовали различные категории репрессированных: так называемые "бывшие" (служившие царскому режиму, дворяне); крестьяне, раскулаченные в период коллективизации; духовенство, военнослужащие, пострадавшие в период чисток РККА; представители репрессированных наций и народностей.

Ставка на репрессированных подтверждается, например, тем фактом, что все поступавшие на курсы пропагандистов РОА в Дабендорфе под Берлином заполняли анкеты с вопросом: были ли они обижены советской властью и, если обижены, то как? На этот вопрос утвердительно отвечало 60 процентов опрошенных, хотя к этой цифре – необходимо относиться весьма осторожно, поскольку отвечающие были, безусловно, заинтересованы в положительном ответе для достижения большего доверия со стороны немецкой администрации.

Кроме того, при подборе кадров немцы уделяли большое внимание национальному составу изменников. Так, для назначения на должность начальника полиции в г.Старая Русса подыскивался не только человек надежный политически, но и желательно нерусский, например эстонец или латыш. В конечном итоге им оказался эстонец Александр Карлович Кютт (характерно, что при трудоустройстве Кютт должен был не только написать автобиографию с указанием национальности, но и заполнить анкету, заверенную двумя поручителями, пострадавшими от советской власти).

Разделение по национальному признаку осуществлялось и среди военнопленных. Осенью 1941 года в лагерях под Ленинградом в разных бараках содержались русские, украинцы, кавказцы и прибалты. При этом самыми привилегированными были кавказцы и прибалты, а последние весной 1942 года вообще были распущены по домам или использовались в качестве карателей. Оправдывая подобное "доверие", только в деревнях Черная и Жестяная Горка Батецкого района нынешней Новгородской области один из отрядов, составленный преимущественно из этнических латышей и русских, проживавших до войны в Латвии, уничтожил около 2600 человек мирного населения и военнопленных. После войны некоторые из членов отряда Цирулис, Петрис и другие осели в Германии, Канаде, Соединенных Штатах Америки.

Справедливости ради необходимо отметить, что немцы вряд ли смогли бы найти прочную опору в национальном элементе, если бы не сталинская довоенная национальная политика. В предвоенные годы репрессии в отношении эстонцев, финнов и латышей, компактно проживавших на территории Северо-Запада, носили массовый характер.

Еще одной категорией, которую немцы активно использовали для пополнения числа предателей, были военнопленные. Именно они – уже умевшие держать в руках оружие – должны были составить наиболее боеспособные единицы: на фронте – прежде всего РОА генерала Власова, а в тылу – карательные, истребительные и полицейские формирования. Однако категория военнопленных давала гитлеровцам существенный процент "брака". Многие военнослужащие, соглашаясь на сотрудничество, использовали его как единственный шанс остаться в живых и при первой же возможности пытались перейти назад к своим.

Например, за первые два месяца деятельности пропагандистских школ в марте – апреле 1943 года гестапо было арестовано 90 человек из 450 за попытки создания в школах подпольных большевистских организаций, а когда после этого руководство курсов ужесточило требования к поступающим, то оно не смогло обеспечить требуемый выпуск: несмотря на расширение сети школ в августе 1943 года удостоверение пропагандистов получили вместо 1500 запланированных всего 300 человек. В Уторгошском районе Новгородской области был зафиксирован факт, когда почти весь состав русских полицейских в количестве 20 человек в конце 1943 года перешел на сторону партизан5. Вероятно, именно поэтому немцы до конца не доверяли таким формированиям, и даже РОА стали использовать по-настоящему лишь в 1945 году, когда войска Красной Армии уже находились под Берлином...

... Тысячи красноармейцев 2-ой ударной армии, оказавшись в окружении в районе Мясного Бора, сражались до последнего и гибли, а командарм генерал А.А. Власов добровольно перешел на сторону врага, став своеобразным символом предательства и главным орудием немецкой пропагандистской машины.

Вероятно, в поисках ответа на вопрос о подлинных мотивах перехода на сторону врага необходимо выделять объективные и субъективные стороны, способствовавшие появлению изменников. К объективным условиям можно отнести: панические настроения среди населения и солдат РККА в начальный период войны, обусловленные быстрым наступлением немецких войск; активную и грамотную геббельсовскую пропаганду при отсутствии альтернативных источников информации на оккупированной территории (не зная реальной ситуации на фронтах, многие полагали, что советская власть низвергнута навсегда); условия содержания пленных, при которых переход на службу к немцам был единственным способом сохранения жизни, репрессивную политику советского государства, породившую слой недовольных и обиженных; наличие незначительного числа действительных идеологических противников сталинизма.

Однако ни одна из этих перечисленных причин, по сути, не является оправданием предательства ни с юридической, ни с мораль ной точки зрения. Так или иначе, все перешедшие на сторону врага покупали свою свободу путем непосредственного или опосредованного претворения в жизнь гитлеровской установки на физическое уничтожение неарийских народов.

Субъективная сторона предательства базируется на личностных характеристиках коллаборационистов. По упоминавшемуся карательному батальону "Шелонь" в разное время органами госбезопасности было разыскано и привлечено к уголовной ответственности более 100 человек. У всех у них была разная довоенная судьба, все они оказались в батальоне по разным обстоятельствам. Если говорить о командире отряда Александре Ивановиче Риссе, то по материалам розыскного дела может возникнуть вывод о его обиде на советскую власть. Немец по национальности и офицер Красной Армии, он был арестован в 1938 году по подозрению в принадлежности к немецким разведывательным органам, но освобожден из-под стражи за недоказанностью в 1940-м. Однако когда человек в начале войны направляется на фронт, где добровольно переходит на сторону врага, а затем методично занимается расстрелами и истязаниями исключительно мирных жителей, награждается двумя железными крестами, медалями и дослуживается до чина майора, то возникает большой вопрос в отношении такой своеобразной мести сталинскому режиму. Или же другой каратель – Григорий Гурвич (он же Гуревич), еврей по национальности, сумел выдать себя за украинца – по свидетельствам очевидцев, был настолько жесток и непредсказуем, что своими поступками вызывал страх даже у сослуживцев. Среди карателей было много и русских, даже жителей районов дислокации "Шелони", но личностные характеристики проявились у всех одинаково. Всем им были присущи трусость, стяжательство, бытовое пьянство, садистские наклонности. По материалам допросов, практически ни у кого не просматривалась идеологическая мотивация..."

До цього матеріалу основним доповненням є те, що серед переліку колабораціоністів не має ОУН. По логіці викладеного матеріалу на це є декілька причин. Перша стосується ОУН: українські націоналісти ніколи не вважали СССР своєю "родіною", тому й не підпадають під класифікацію "предателей", оскільки ніколи не клялись у вірності Радянського Союзу, а від самого початку його створення вважали його окупантом України. Щодо Дивізії "Галичина", то аналогічно, Західна Україна була окупованою Сталіном, в результаті пакту Молотова-Рібентропа по розділу Польщі, а скорий після цього наступ німців, разом з репресіями НКВД, не дозволяє називати населення цих країв "совєтськими громадянами". Крім того, про Дивізію Галичина не згадано найімовірніше тому, що високими вимогами добору людей до неї (не засудженні, не хворі на алкоголізм чи інші психологічні недуги), можна було підпортити загальну намальовану картину п'яного, боягузливого і т. п. "предателя родины". Також варто звернути увагу на речення, що стосується перестороги німців щодо армії Власова, яку по справжньому стали використовувати тільки в 1945. Те саме можна сказати і відносно Дивізії Галичина, звісно з різницею, що "Галичани" не переходили на ворожу сторону, а під падали під мобілізацію, що ставила вибір, або захищати Батьківщину в складі Української Дивізії "Галичина", або відправлятись на примусову працю в Німеччину. При чому останнє речення, про загальну відсутність мотивації у "предателя родины" не виходить застосувати не тільки до ОУН, а й до солдат Дивізії "Галичина". До останньої тому, що поняття Батьківщина, за відсутності власної держави, виявлялась в ідеї майбутньої Держави Україна. А "громадянами СССР" вони були такими ж, як і "громадянами Рейху", тобто примушеними окупацією носити це "громадянство". Що кожна з ворожих сторін пояснювала по своєму, після того, як в союзі з німцями вдалось скинуту "польське громадянство", потім виявилось, що це лиш використали українські сили, щоб легше розділити Польщу, а Західну Україну Гітлер "подарував" Сталіну, до моменту коли збирався забрати її назад в Третій Рейх. Писав це до того, що в тексті про колабораціонізм, була спроба все списати на якісь індивідуальні якості так званого "предателя родины" випускаючи обставини, що значно переважали і не дозволяють так однобоку трактувати це. Бо справжнє запроданство таким чином ховається за спробами списати все тільки на якісь особисті риси. І є суттєва різниця між своєю Державою і чужою, своїм народом і чужим окуповуючим.

"О.М. ХЛОБУСТОВ (Академия ФСБ РФ)

НЕИЗВЕСТНЫЕ СТРАНИЦЫ ОПЕРАЦИИ "БАГРАТИОН"

В истории Великой Отечественной войны, еще немало страниц, неизвестных не только широкой общественности, но и специалистам. Одна из них касается вклада оперативно-чекистских групп НКГБ СССР в реализацию планов командования Красной Армии. Рассмотрим его на примере обеспечения подготовки операции "Багратион", проводившейся войсками 1-го Белорусского фронта под командованием К.К. Рокоссовского. Вспоминая о подготовке операции по, освобождению Белоруссии, он писал: "Партизаны получили от нас конкретные задания, где и когда ударить по коммуникациям и базам немецко-фашистских войск. Они взрывали поезда на железнодорожных магистралях Бобруйск-Осиповичи-Минск, Барановичи-Лунинец и других. Все их удары наносились в тесном взаимодействии с планом и были подчинены интересам предстоящей операции"...

... Одновременно чекистскими группами проводилась работа по разложению националистических формирований Белорусской краевой обороны, менее известной, чем ее южная сестра – Украинская повстанческая армия (УПА), с помощью которых оккупанты стремились создать видимость "борьбы населения" оккупированных территорий против "нашествия москалей". Опергруппой "Активные" из состава Грузинского добровольческого легиона, дислоцировавшегося в г. Борисове было выведено к партизанам около. 40 человек с оружием, после чего немцами "легион" был разоружен, а "добровольцы" возвращены в лагерь военнопленных. 23 марта 1944 года под влиянием разведчика "Ичиана" (уроженца Туркмении Агы Бердыева) на сторону одной из оперативных групп, действовавшей в районе г.Бараковичи, перешли 49 солдат и офицеров Ост-мусульманского полка СС, предназначенного для борьбы с партизанами. Несколько позже "Ичиану" удалось склонить к переходу на сторону партизан еще более 70 военнослужащих этого полка. "В результате перехода к партизанам большой группы солдат и офицеров, – сообщало 4-е управление НКГБ БССР, – в полку началось разложение, 250 человек были направлены в концлагеря и несколько человек расстреляно за связь с партизанами". Деятельность оперативно-чекистских групп НКГБ по разложению формирований Русской освободительной армии была настолько эффективна, говорилось в одной из докладных записок, что "солдаты РОА переходили к партизанам целыми подразделениями. Так, например, из восточного запасного полка РОА в г. Бобруйске оперработник НКГБ БССР Костюкович вывел к партизанам 487 солдат и офицеров. Всего из частей РОА и полицейских гарнизонов нашими опергруппами было выведено к партизанам 3223 солдата и офицера с полным вооружением"...

...После освобождения Белоруссии оперативно-чекистские группы получили новые задачи в интересах командования фронтом, о чем свидетельствует телеграмма наркома госбезопасности СССР Маршалу Советского Союза К.К. Рокоссовскому от 25 октября 1944 года: "В соответствии с Вашей просьбой нами сформированы и направляются в тыл противника в указанные Вами районы оперативные группы под командованием майора госбезопасности Викторова, старшего лейтенанта Шихова, гвардии старшего лейтенанта Семченка общим количеством 115 человек. Одновременно даны указания об усилении диверсионно-разведывательной работы оперативным группам НКГБ Украинской ССР, действующим на территории Польши в указанных Вами районах""

Справді сторінки невідомі і не всі білоруси були советіками і сталіністами, я на зараз нав'язують цю думку, в час коли Білорусія хоча і відділившись від Росії, але знаходиться в прямій і великій залежності від неї не тільки економічно а й культурно та політично. Не вистачило запасу національних сил білорусам... Що ж до конкретніших зауважень, то не важко помітити, що ціллю НКВД при закиданні свої людей в ворожі формування, було аж ніяк не схиляння частини їх на свій бік, а "розкладання" ворожих сил. Долі ж людей їх взагалі не хвилювали, точніше їх все одно вважали ворогами. І куди направились сили НКВД наприкінці війни видно з останнього речення.

"Ю.Ф. ОВЧЕНКО (кандидат исторических наук. Институт социальной, экономической и информационной безопасности, Москва)

ОПЕРАЦИЯ "МОТРЯ": БОРЬБА С ВООРУЖЕННЫМ НАЦИОНАЛИСТИЧЕСКИМ ПОДПОЛЬЕМ

В Западных областях Украины действовала мощная Организация украинских националистов (ОУН). Для решения оперативно-тактических задач ОУН создала Украинскую повстанческую армию (УПА). Радикальное крыло ОУН – бандеровцы – нашло поддержку у германских властей. Главным орудием террора в бандеровской УПА была "служба безопасности" (СБ), наводившая ужас на самих националистов. Очевидцы рассказывали, что по своим зверствам бандеровцы были страшнее немцев. Действуя "закрутками", ножами и топорами, оуновцы вырезали целые села, расправляясь с поляками, евреями, русскими, коммунистами и их семьями.

Не удивительно, что среди отдельных руководителей ОУН и рядовых членов зрело недовольство такой политикой центра. В конечном счете, это привело к тому, что в июле 1944 года прошла конференция ОУН, где произошел раскол. Созданная "народно-освободительная революционная организация" отмежевалась от сотрудничества с гитлеровцами, но продолжила курс на сплочение антисоветских сил.

УПА имела стройную военную организацию и состояла из четырех групп, по сути военных округов: Северного, Южного, Восточного, Западного. Северная группировка контролировала северные районы Ровенской и Волынской областей. Южная – северные районы Тернопольской и южные районы Ровенской областей. Восточная группировка распространила свое влияние на восточные районы Ровенской и западные районы Житомирской областей. На Западную группу возлагался контроль за южной и частью западных районов Волынской области. Группы делились на "курени" по 300-400 человек, что примерно соответствовало численности армейского батальона. Курени делились на "сотни" по 130 человек в каждом и приравнивались к ротам. Те, в свою очередь, на "четы" – взводы, по 35-40 человек, состоящие из отделений.

Часть УПА действовала как войсковое соединение с приемами и тактикой партизанской войны, имела в лесах хорошо оборудованные тайники – "схроны". Другая часть находилась на нелегальном и полулегальном положении. Бандеровцы жили в своих селах, хозяйствовали, а ночью расправлялись с теми, кто поддерживал советскую власть.

Положение на Западной Украине очень беспокоило И.В. Сталина. Практически ежедневно нарком внутренних дел Л.П. Берия докладывал о проведенных чекистско-войсковых операциях, убитых, раненых и взятых в плен оуновцах, изъятом оружии и отличившихся военнослужащих. Общее руководство по борьбе с националистами осуществлял НКВД УССР, во главе которого стоял комиссар госбезопасноти 3-го ранга В.С. Рясной. Проведение чекистско-войсковых операций возлагалось на Главное управление НКВД СССР по борьбе с бандитизмом (А.М. Леонтьев) и соответствующее управление на Украине. Областные управления НКВД имели отделы по борьбе с бандитизмом.

С февраля 1944 по февраль 1945 года в западных областях Украины было проведено 9508 чекистско-войсковых операций, во время которых было убито 73333 и захвачено 93965 оуновцев. Кроме этого, добровольно сдались лица, уклонившиеся от службы в Красной Армии, составившие четвертую часть от всех обезвреженных националистов. Такое положение сложилось благодаря тому, что советская власть проявила лояльность к пришедшим с повинной и дала им возможность "смыть вину собственной кровью". Многие были направлены на фронт, часть использовалась как секретная агентура и группы содействия. (Пройдет время, и многие бандеровцы, добровольно сложившие оружие, сядут на скамью подсудимых. Но это будет потом.) Перед органами НКВД стояли задачи не только физически уничтожить оуновские формирования, но и идейно разложить само движение, выявить немецкую агентуру, обезвредить главарей, установить националистическое подполье. Одна из таких операций была проведена УНКВД по Черновицкой области в январе-марте 1945 года по вскрытию оуновской организации в Северной Буковине.

Из агентурных источников поступили сведения, что в селе Васловцы объявилась группа оуновцев, в составе которой находятся руководители ОУН на Буковине "Мотря" и "Федор". Была поставлена задача захватить их живыми. Нападение было стремительным и неожиданным. Бандеровцы выскакивали из хат прямо под пули солдат. Особо жестокий бой завязался на окраине села, где в хате находились "Мотря" и "Федор". У бандеровцев закончились боеприпасы. Понимая, что сопротивляться бесполезно, они бросали оружие и сдавались. Плотным кольцом подошли солдаты к хате. Внутри раздался выстрел. Чекисты ворвались в комнату. На руках нескольких боевиков лежала "Мотря", голова была в крови, руки беспомощно повисли. Рядом валялся пистолет. "Федор" сопротивления не оказал. Раненную "Мотрю" доставили в черновицкую больницу и выставили охрану из оперработников УНКВД.

Сотрудники управления сразу приступили к допросам арестованных. Особое внимание они сосредоточили на "Федоре". Следователю он сообщил, что его настоящая фамилия Гайдук, зовут Мирослав Иванович, с 1941 года он являлся членом ОУН бандеровского направления. В свои 25 лет "Федор" имел достаточно большой опыт конспиративной работы, о чем свидетельствовали его псевдонимы, "Бичук", "Довбуш", "Шапка", "Гаврил". В маленьком буковинском городке Вижница, где его отец работал учителем, он окончил гимназию и архитектурное училище и получил образование инженера-строителя и архитектора. Перед войной "Федор" устроился в Управление военного строительства погранвойск, что позволило ему ознакомиться с системой охраны границы. Это были полезные знания, позволившие не раз обходить засады и секреты. Понимая, что его положение почти безнадежно, он стал давать показания об организации, деятельности ОУН на Буковине, но при этом, стремясь сохранить организацию, максимально сузил рамки информации, указывая те факты, которые и без него были известны и называя псевдонимы сотоварищей. Псевдонимы постоянно менялись членами организации и особенно ее руководителями, поэтому "Федор" был вполне уверен, что организация не будет раскрыта.

На оперативном совещании у начальника УНКВД было отмечено, что "Федор" не располагает необходимыми данными по оуновскому подполью и добровольно вряд ли даст откровенные показания. Возникала необходимость допросить "Мотрю". Как только ее самочувствие улучшилось, в больницу отправился следователь, но "Мотря" отказалась дать какие бы то ни было показания. Уже в больнице она пыталась вновь покончить с собой, вскрыв рану, но дежурные вызвали врачей и те оказали "Мотре" помощь. За раненной было установлено неотступное наблюдение. "Федор" и другие задержанные бандеровцы характеризовали "Мотрю" как человека глубоко преданного своей идее, утверждали, что она никогда не даст нужных показаний.

Было установлено, что "Мотря" – Галицкая Артемизия Григорьевна, уроженка города Садгора Черновицкой области, получила высшее образование и стала учительницей, в ОУН вступила в 1937 году и была фанатически убежденной националисткой.

Учитывая это обстоятельство и важность сведений, которыми располагала "Мотря", на совещании было принято решение о проведении "оперативной комбинации по вскрытию оуновского подполья в Северной-Буковине через руководителя Буковинского провода ОУН "Мотря". По плану разработки предстояло провести "выкрадывание", раненой из больницы якобы работниками центрального провода ОУН, роли которых должны были сыграть заместитель начальника-управления подполковник Беленко, руководитель по кличке "Тарас", начальник оперативного отделения старший лейтенант Гончаренко, референт СБ по кличке "Иван" и оперуполномоченный старший лейтенант Гусак, оуновский подпольщик по кличке "Стецько". "Похищение" намечалась в ночь на 7 января 1945 года. Дежурной санитаркой была: местная украинка, пользовавшаяся доверим "Мотри".

"Похищение" осуществляла другая группа "оуновцев". Предупрежденная через санитарку "Мотря" уже их ждала. Ее вынесли из больницы и положили на телегу. Соблюдая предосторожности, "оуновцы" доставили "Мотрю" на конспиративную квартиру. Радушная хозяйка квартиры "Клава" принялась хлопотать по устройству своей гостьи. Распрощавшись, "похитители" ушли, сообщив "Мотре", что утром к ней придет доктор. Около 11 часов появился профессор-хирург Булевский. Он осмотрел рану и сделал перевязку. "Клава" пригласила его на чай, доктор остался. Он оказался интересным собеседником, поделился своими впечатлениями о развитии националистического движения. Булевский тоже был введен в разработку под видом "мельниковца-бульбаша". Ранее он служил врачом в партизанском соединении Д.Н. Медведева.

Спустя некоторое время ночью раздался условный стук в дверь. "Клава" разбудила "Мотрю", в комнату вошли "Тарас", "Иван" и "Стецько" ("Слава героям!" – приветствовал "Мотрю" "Тарас". "Вовикы слава", – ответила она, с одобрением глядя на гостей. "Тарас" рассказал ей, что он и его товарищи по заданию центрального провода ОУН прибыли на Буковину, где узнали об аресте ее и "Федора" и подготовили похищение. "Тарас" предложил перевести "Мотрю" на новую квартиру, объяснив это тем, что хотя слежки нет, но появление различных лиц на квартире может привлечь внимание чекистов. Обменявшись самыми общими словами, оуновское "руководство" оставило "Мотрю". Та стала расспрашивать "Клаву" о ночных визитерах. "Клава" ничего определенного сказать не могла, но старалась рассеять опасения "Мотри".

Через несколько дней после этого визита к квартире подошла грузовая машина. К "Мотре" явились "оуновцы" и предложили ей спрятаться в шкафу, после чего его вынесли и установили на грузовике. "Мотря" переехала на новую квартиру, где попала в заботливые руки новой хозяйки "Даши". Вскоре сюда прибыл "Тарас" и объявил, что центральный провод ОУН обязал его провести следствие по поводу провала целого ряда организаций, произошедших после задержания "Мотри" и "Федора", что следствие ведется в ее интересах, так как имеются сведения о предательстве в их среде.

Референт Службы безпеки "Иван" приступил к следствию. Обращался он с "Мотрей" очень жестко и требовательно, подробно выяснял состав и деятельность оуновского подполья на Буковине. Допросы были длительными и изматывающими. "Стецько", в отличие от "Ивана", проявлял к "Мотре" внимание, заботу, оказывал мелкие услуги. Это расположило "Мотрю" к нему, и они часто беседовали о том, чего она не сообщала "Ивану". Однажды, после очередного допроса, она сказала "Стецько": "Этот жестокий эсбист способен меня задушить без разрешения центрального провода ОУН".

Чекистам удалось выяснить, что мать "Мотри" и сестра проживают в румынском селе Аргори, брат Николай живет в Канаде, другой брат Илларион – в США, а брат Семен до 1939 года работал по линии Коминтерна в Румынии и западных областях Украины. Это были ценные сведения для дальнейшего внедрения в оуновское подполье за границей. "Мотря" рассказала, что была активным членом ОУН и руководила организацией в Южной Буковине. В 1942 году она в составе группы националистов сделала налет на румынскую тюрьму в Яссах и выкрала руководителя ОУН Северной Буковины "Кобзаря". Опасаясь, что ее могут схватить, "Мотря" перешла в Галицию, где работала в ОУН по делам Буковины. У нее были широкие связи в руководстве ОУН. "Мотря" имела личное знакомство с командующим УПА "Шелестом", с братьями Степана Бандеры, с братом Коновальца, референтом центрального провода ОУН по закордонным делам "Яремой" и другими руководителями ОУН.

Оперативный материал поступал и из частных бесед "Мотри" с "Дашей", доктором и "Стецько". Стало известно, что во время оккупации румынами Черновицкой области между проводом ОУН и румынским правительством велись переговоры по вопросам взаимодействия в борьбе против СССР. На основании ряда соглашений румынские власти согласились освободить ряд видных оуновских работников, которые осели в Бухаресте. Здесь они создали хорошо законспирированное подполье и развернули антисоветскую националистическую работу. "Федор" имел личную встречу с "Яремой", который рассказал, что между проводом ОУН и правительством Румынии возобновились переговоры, но договор не подписали, так как румыны требовали признания права на Бессарабию и Северную Буковину.

В результате допросов следователем "Иваном" "Мотря" дала показания на 242 члена ОУН, не считая личного состава куреня УПА. От нее также были получены сведения на оуновцев из других областей, в общей сложности более чем на 600 человек. По мере выявления оуновцев проводились чекистско-войсковые операции, во время которых были арестованы надрайонные, районные, подрайонные проводники, станичные, господарчие, пропагандисты и рядовые члены. Всего было арестовано 99 человек и убито 128. Небольшое количество оуновцев бежало за границу и осело в Румынии, Чехословакии и Венгрии. Возникла новая задача по проникновению в националистическое подполье за границей и его разложению. Строились новые планы, внедрялась и вербовалась агентура."

Замітною річчю, що виділяє цей матеріал від інших матеріалів є те, що в першому абзаці вже присутня емоційна оцінка ОУН. Спроба намалювати страшне ОУН назвавши до переліку використання предметів з натяком, що вони обов'язково мали використовуватись для вбивства. Але зрозуміло, що в разі потреба можна від цього натяку відкараскатись і автору, сказавши, що викрутки страшні бандерівці використовували для відкривання консервних банок страшним способом. В інших же матеріалах накидання "нехороших образів" відбувалось десь посередині матеріалу. Проте є суттєва неточність в словах, точніше непомітне перекручення. Бо маючи на увазі 1941 рік і далі, не Радикальне крило ОУН Бандери, якого Гестапо заарештувало разом з іншими проголошувачами Акту Відновлення Української Держави 30 червня 1941 р., а Помірковане крило ОУН Мельника знайшло порозуміння з Вермахтом, щодо спільної боротьби проти більшовизму. Тому то й подальша теза, яка начеб то ґрунтується на "звірствах бандерівці" за словами якихось очевидців, що не характерно для викладення в інших матеріалах цієї книги, неправильною є в постановці питання розбіжних поглядів 1944 року. Бандера, ще до війни відстоював лінію про опору на власні сили, а Мельник на союзні, в справі відновлення Української Державності, сили Німеччини. В 1944 програш Германії став очевидним і це вимагало випрацювання нового плану боротьби. І тут не є причиною якесь незадоволення політикою Служби Безпеки ОУН, що логічно не в'яжеться з розмежуванням по прихильникам союзу німцями, яким цей союз ставав необхідний, і неприхильників союзних дій з німцями, що висловив автор зіславшись на "розкол 1944". Також з цього матеріалу можна винести висновки, в яких сумніваються навіть деякі, хто називає себе націонал-демократом сьогодні, не кажучи вже про антиукраїнські сили. Так УПА таки була Армією, а ОУН її фактично створила та організували, поступивши в цьому як заміна необхідним державним органам при формуванні Армії. Цифри вбитих, захоплених в полон оунівців разом з кількістю проведених операцій НКВД, як і увага вищого керівництва до питання ОУН-УПА говорить за масштаби діяльності українських сил і не дозволяє скинути це питання до якогось місцевого значення. Як і питання пошани ОУН-івців населенням де була їх переважна діяльність як результат обставин, не може бути пояснене на ряду з не сприйняттям російсько-більшовицького погляду, прихильниками тези про "всезалякуюче ОУН". Крім цього незаперечними стають факти самовідданості членів ОУН, коли при спробі їх захопити, керівники, які знаючи, що їх не вб'ють, але пробуватимуть допитатись інформації вирішували застрелитись. З опису проведеної операції, стає очевидним метод переодягання НКВД-исті в бандерівців, для вчинення дій не від свого імені. А розмах підготовки та проведення операції "Мотря" не залишає сумніві у відлагодженості та методичності застосування способу "переодягання" в практиці НКВД проти ОУН.

На сам кінець:

Робіть правильні висновки і не піддавайтесь ефектам спеціально-оманливих літературних трюків, якщо шукаєте правди і об'єктивності.

Коментарі









© 2007 - 2020, Народна правда
© 2007, УРА-Інтернет – дизайн і програмування

Передрук матеріалів дозволяється тільки за умови посилання на "Народну правду" та зазначення автора. Використання фотоматеріалів із розділу "Фото" – тільки за згодою автора.
"Народна правда" не несе відповідальності за зміст матеріалів, опублікованих авторами.

Технічна підтримка: techsupport@pravda.com.ua