Пошук на сайті:
Знайти



Народні блоги

Додати стрічку статей сайту до свого iGoogle
Останні публікації

Сергей Сокуров-Величко. Казнь по-древлянски

Хандусенко Передрук | 16.10.2007 12:46

-15
Рейтинг
-15


Голосів "за"
4

Голосів "проти"
19

Тема русско-украинских отношений не даёт публицистам дремать. Проблем между двумя крупнейшими державами постсоветского пространства полтора десятилетия "цивилизованного развода" породили немало, и они множатся. Как правило, в печати высказываются "стороны". То по очереди, то хором. Обычно вразлад. Предлагаю выслушать более редкую, "третью сторону".

Прошу редакцию не переделывать данную статью в ссылку. Ссылки люди почти не читают, а я хочу чтобы с этой статьёй ознакомилось как можно больше народу.

http://www.otechestvo.org.ua/main/200710/1601.htm

Казнь по-древлянски

Сергей СОКУРОВ-ВЕЛИЧКО

16.10.07

Тема русско-украинских отношений не даёт публицистам дремать. Проблем между двумя крупнейшими державами постсоветского пространства полтора десятилетия "цивилизованного развода" породили немало, и они множатся. Как правило, в печати высказываются "стороны". То по очереди, то хором. Обычно вразлад. Предлагаю выслушать более редкую, "третью сторону". Рискну в этом качестве предложить себя. Во мне сошлись две Руси, Малая и Заокская, "вопия" о неприятии того "цивилизованного развода", который отзывается внутренним "генным" раздором.

Рос в "сборной" семье: мама из Александрии, что близ Елизаветграда; отец – чалдон, уроженец городка в верховьях Енисея. Посещал русскую школу. Естественно, дома звучала родная речь, но в университете слушал лекции и на языке, и на мове, не замечая переходов, ибо последнюю изучал со второго класса, слышал ее повсюду, часто пользовался ею в устном общении, в переписке. Ведь с семилетнего возраста почти полвека прожил в городах Западной Украины, этого заповедника мовы и глобального канадско-прикарпатского украинства; там же, в Карпатах, служил геологии в экспедициях среди разноговоряших. Более того, опьяненный, как и большинство "союзнонерушимых" голов, перестройкой, бросился помогать "младшему брату" в культурном строительстве, искренне надеясь на братство, на взаимопомощь двух культур в том Вавилоне, которым всегда был и есть град Льва. И там был предан "братьями", начавшими своё вiдродження (возрождение, ренессанс) с удушения русскости во всех ее проявлениях от дошкольных учреждений до ВУЗов и театров.

Но не об этом сейчас речь. Одна из половин моего "я" окрашено прямым родством с военным и культурным деятелем эпохи Петра I Самуилом Величко, полковником Войска Запорожского, славного не саблей, но авторством "Летописи Украины". В смысле значимости фигуры, рядом с моими великоросскими предками – мастеровыми сибирского городка, саратовскими крестьянами, даже дедом, ученым агрономом, – казак-летописец стоит высоко. И с этой высоты, из трехвековой дали оказывает влияние на самоощущение своего потомка. Погодите! Украинское во мне – отнюдь не галицкой закваски. Запорожский полковник не бил поклоны ныне самой почитаемой от Карпат до Днепра умозрительной "иконы" с ликом Мазепы, ополяченного клятвопреступника с гетманской булавой, униженно выпрошенной у московского царя. Знатный казак, с гусиным пером в руке, – один из антимазепинского малороссийского большинства, вместе с такими сотоварищами и единомышленниками, как казненный по навету гетмана Кочубей, верный присяге Палей и страстный единодержавец Феофан Прокопович.

Выдающийся предок не застилает мне глаза. Я смотрю сквозь него, как через направляющий "магический кристалл", на милую моему сердцу Малороссию прежде всего с позиции личного мировоззрения. Да, я горжусь принадлежностью к той цветущей и значительной части планеты, которая устами своих насельников названа Малой Русью. Ибо в европейской исторической традиции "малая" часть общей земли – суть "малая родина", прародина, для нас – Русь изначальная. Звучит более уважительно, чем "край", "у края"...

И, гордясь, испытываю боль.

Моя Малороссия куда-то уплывает. В какой-то "треугольник", вроде Бермудского, где всё исчезает. Экс-президент Кучма пробормотал на своем фантастическом украинском: "Украина – Польша – США". Новейшее в перспективе славяно-англосаксонское образование. Пропорция 2:1 бодрит: наш (!) "треугольник". Только в славянском "многоугольнике" "углов" всё меньше. Для России подобное вычитание не внове. И покруче бывало. Россия, за редким исключением, встречала в западном и южном "единокровном братстве" вражду и измену (иллюстрирую: Польша и Болгария). Не умиляйтесь пресловутыми "чувствами народов": "один гус для руса" дальше чешского рождественского стола не ковыляет. Хватит сюсюкать о славянском единстве! Нет его! Оно случалось для выгоды "братушек". А вот восточно-славянское единство инерционно, с оговорками, пока живо. Изначально имя его – Русь, не вызывающее возражений ни у одной из "трех сестер". Но тем не менее одна из них уходит в другую семью. Из меня тоже (вот откуда это слово – измена!).

А может быть, Русь-Украину уводят? Ведь по опросам около 80% ее граждан не хотят разрыва с Русью-Россией. Действительно, присмотритесь, мою Малороссию, больную безразличием к собственной судьбе, покорную и бездумную, словно на веревочке уводит из общего дома возбужденная "национальной идеей" Галиция (Галичина, на местном наречии). Эти 600-летние задворки Польши, Австрии, вновь Польши были насильственно пристегнуты большевиками к УССР. Так же насильственно местное население, русины, были "переименованы" в украинцев, а русофилы, ориентированные на единство праматери-Руси, уничтожены или разогнаны по углам страха. Наследники вскормленных австроимперцами младоукраинцев восторжествовали в отсутствии конкурентов. Галицкий национал-экстремизм, лишившись после Второй мировой автоматов, обзавелся обновленным идеологическим оружием. Оно направлено против лица и души Руси. Но, как нищенка-дурнушка, Галиция не хочет терять случайную попутчицу, красивую и богатую. Если без художественной образности, Украина уже десять лет оккупирована нацистской Галичиной. Этот "Украинский Пьемонт", дабы повязать сонного Слона с активной задиристой Моськой ответственностью, нагрузил Киев непосильной тяжестью – колонией Крым, населенной ненавистным москалями. Какая услада: владеть русскими! Насильственно ассимилировать надменных, но беспомощных "нацменов", лишая их прав на все явления русскости. В Таврии. В исторической области Новороссии. В русском Донбассе. В Поднепровье и Слобожанщине, где русские не "мигранты", не "нацменьшинство", а такие же коренные, как и малоросы, как они – державообразующая нация. Как не скорбеть моей неразделимой малоросско-русской душе, если она повсюду притесняема, оскорбляема чуждой силой? Если бы только в Украине!

А что ж моя Россия? – Странная федерация, заселенная вымирающими русскоговорящими атеистами с православной памятью, склонными к суетливому размножению инородными племенами, расово и конфессионально пестрыми. Понимаю, надо бы сдержанней – еще обидятся, ускорят размножение, да и границы отворят для соседей. А тех – миллиарды! Не верите, осмотритесь в Москве. Где тут, в "славянской столице" славяне? А? Днем с огнем! Нам хотя бы провинцию сохранить. И русский язык в ней.

Одна из частей моей родины растерянно смотрит вслед части другой, делая неуклюжие попытки вернуть беглянку. Эта неуклюжесть заметна в потворстве сепаратистам, которые на робкий вопрос "когда отдавать долги думаете?" отвечают якобы дипломатически: "Пробачьте, не расслухали: нас кличуть в НАТО". Потворство выражается не только прощением долгов, оно в поставке сырья, энергоносителей, товаров (причем адресно: правящей, сепаратистки настроенной элите), в покупке их залежалого товара, в зажмуривании глаз на результаты антирусской политики, внешней и внутренней. Всё реже, всё глуше официальные голоса в защиту унижаемых и оскорбленных соотечественников. Урезается помощь русским школам и культурным учреждениям в ближнем зарубежье. ВУЗы РФ отказываются принимать "иностранцев". Ужесточаются правила получения российского гражданства. Официальным лицам, из совестливых, пытающимся сказать слово в защиту соотечественников, затыкают рты лица полуофициальные, но, видимо, достаточно властные, наделенные негласно правом на такое действие. Пример свеж – осуждение вице-премьера Христенко директором Фонда эффективной политики Павловским. Гласное мнение первого, что двуязычие в Украине – исторический факт, что высоким целям двусторонних отношений отвечало бы придание там русскому языку статуса официального, вызвало велеречивую отповедь второго. Высокое должностное лицо РФ обвиняется (а заодно и мэр Лужков с его якобы "претензиями на Крым") в "субъективной неуклюжести", в "провокации", в отступлении от "национальных интересов России", в провоцировании "ответной активизации антироссийских сил" в Украине. Последнее обвинение перекликается с "сожалением" МИДа Украины и полностью созвучно с мотивами, прозвучавшими в галицийском националистическом лагере, где Чорновол Младший даже намекнул о возможном нанесении "вреда русскому меньшинству" заявлением Христенко. Вот до чего дошло! Интересы десятков миллионов русских, предательски, без их согласия брошенных под ноги новым титульным хозяевам, уже не интересы России. Так ли это?

Понимаю, что увлекся, отошел от основной темы "плача по Земле Русской", но причина "плача" – также и мысли, изложенные в предыдущем абзаце, когда думаешь о Малороссии и России, о переплетении их судеб.

По мне, самая больная проблема разделённых народов (точнее, разделённого народа) – языково-культурная. Как заинтересованный наблюдатель, могy засвидетельствовать, что в России и на Украине варианты этой проблемы не схожи, несмотря на фактически равноколичественные диаспоры тут и там. Основная несхожесть в том, что в России, среди выходцев из Украины, украиноговоряшие составляют небольшой процент (он убывает даже не с поколениями, а с годами). Практически отсутствует потребность в языковой подпитке учителями, периодикой, радио и телевидением, литературой, а некоторое оживление её в последнее время объясняется деятельностью "культурных миссионеров", целенаправленно засылаемых национал-радикальными объединениями Галиции в места компактного проживания украинцев. На территории России не сложилось исторически русско-украинского двуязычия. Тем не менее, если и существуют препятствия функционированию украинского языка к северу от хутора Михайловского, то они не от какого-то неблагоприятного "языкового режима", не от "защитных законов" и не являются результатом деятельности российских национал-радикалов. Они порождены традиционной российской медлительностью, неразберихой переходной поры, затруднениями в финансировании. Главнее же, повторяю, незаинтересованностью самих украинцев в России преодолевать их. Пример тому – трудные роды украинских школ в Москве и Сургуте.

Другое дело – Украина. Здесь прочно укоренилось двуязычие. Даже один из самых стойких идеологов украинизма профессор Р. Шпорлюк признает: "Русская речь – природная для миллионов людей, живущих в Украине; народ её двуязычен, русский язык имеет будущее здесь". Шпорлюк и ему подобные реалисты сейчас для правящих национал-радикалов Украины не авторитеты. У них теперь другие идеологи, призывающие лишить родной речи половину граждан страны. Они решительно, целенаправленно, эффективно действуют, ободренные невмешательством официальной России в процесс насильственной ассимиляции соотечественников, зычными голосами непреклонных демократов. Один из идеологов "чистоты расы и языка" М. Косив, "пьемонтец", государственный и культурный деятель, с первых дней вiдродження огласил свое кредо в обрашении к "иномовцам": "Или словари, или автоматы Калашникова". Другой культуртрегер, киевский поэт Драч, предлагает, пересмотрев взгляды на права национальностей, все издания на языке "колонизаторов" обложить оброком: одной гривной с русской книги, десять копеек – с газеты и журнала (дополнительный акцизный сбор в пользу развития украинской культуры). В помощь "автоматчику" (из литературных критиков) и служителю лиры единым интеллектуальным Фронтом выступает товарищество "Просвiтa" ("Просвешение"!): "Считать разговоры и печатные издания на негосударственном языке деянием, которое своими последствиями представляет не меньшую угрозу национальной безопасности Украины, чем пропаганда насилия, проституции, чем разные формы антиукраинской пропаганды!". Каково?! Видимо, экc-вице-прeмьер Жулинский за проституцию принимает отечественные спорт и туризм, поскольку в своем проекте решительно предлагает дерусификацию этих cфeр. Львов не был бы столицей украинских экстремистов, если бы вперемешку с лозунгами "смерть москалям", "бей кацапов" не выкрикивал бы на тусовках, именуемых "вiче" (вече), и не писал бы заборно "долой русскую культуру". Правда, некоторые умы, из сравнительно просветленных от общения с "просвитовцамии", уточняют: "Москаля надо убивать не на улице, а в себе".

"В себе" пусть убивают. Не жалко. Пустая емкость для чего хошь сгодится. И вообще, ведь демократия во дворе, густо настоянная на митинговом плюрализме. А нас за язык не дергайте, – отвечают на насилие и на попытки насилия жертвы этноцида, молчаливо одобряемого Советом Европы. – И улицы наши (наши тоже, поскольку мы налогоплательщики, граждане самостийной) с дорогими нам именaми не мажьте именами Дудаева и других террористов.

Крики вопиющих в пустыне! Протесты не достигают правящих ушей. К 200-летию Пушкина улица его имени в Ивано-Франковске отдана памяти неосторожного aвтoлюбитeля Чорновола. Мировой случай, рекорд Гиннеса! Далее, при том, что все русские граждане Украины удовлетворительно владеют мовой (а молодежь – отлично), что более половины населения предпочитают говорить, писать, читать по-русски, что треть из 50 миллионов (при одной пятой этнических русских) назвала русскую речь родным языком, – при всем этом реальном, глубоко укоренившимся двуязычии власти с помощью национал-радикалов успешно ликвидируют возможности свободного выбора языка.

В Галиции и на Волыни осталось 16 школ с русским языком обучения. Было более 400! Есть острая нужда в 200. "Отец городов русских" отобрал у русских детей 310 школ из 320. Желанная для подавляющего большинства трансляция российского радио и телевидения на Украине прекращена. Ее общегосударственные каналы выборочно ретранслируют российскую теле-радиопродукцию, в основном, развлекательную, хотя частные компании более щедры. Еще бы, сам Кучма властно предостерег о "негативной информации", которая мешает "воспитывать людей". Периодика, книги из России ввозятся частным образом мелкими партиями в обход таможни. Библиотеки "зачищают", поскольку по воплям одного из "титанов возрождения", что могут дать украинцам все эти Тургеневы, Толстые, Достоевские?! Как не согласиться с трезвым гуманитарием В. Малинковичем, доказывающим землякам, перевозбужденным нечаянно дарованной "незалежностью", что "нельзя добиваться приоритета украинского языка за счет подавления русской культуры и русского языка. От этого пострадает вся культура Украины, принцип равноправия, сами граждане. Но что стоит голос даже такой величины, как Малинкович, там, где Конституционный Суд толкует Конституцию так, что "украинский язык, как государственный, является обязательным средством общения". Не послышалось ли мне – эта трактовка и громкие, на весь мир клятвы о приверженности к демократии западного образца, порывы (не удержать!) в Европу, в цивилизованное сообщество?

Вспомнился недавний Львов, когда было небезопасно в общественном транспорте говорить по-русски. "Чому це ви не на державнiй мовi розмовляете?" - реакция из гуманных, ведь можно было и схлопотать. Утверждают, такая мода пошла на убыль – надоели распри по пустякам, когда есть для изливания злости объекты покрупнее: безработица, безденежье, ложь лидеров, сделавших политическую карьеру на бранных словесах, зажигательных междометиях. Вполне возможно, отрезвление началось на бытовой почве. Ободряет. И сразу вопрос: возможно ли такое в России – наскакивать на иноговорящего? Возможно, при сильном опьянении наскакивающего, человека не в уме, по сути больного. Так может быть в моей Малороссии эпидемия, развезенная из Львова, возомнившего себя в гордыне Пьемонтом? Разумеется, Львову не занимать славы (мирной славы, подчеркну), есть чем гордиться, но это гордость поляков, евреев, немцев, "двунадесяти языков", слава прикарпатского Вавилона, в котором "коренные" галичане всегда терялись малым процентом горожан, совсем ничтожным – творческой интеллигенции. Но именно они нарекли себя пьемонтцами. Да, скорее всего не агрессия, а эпидемия. Но в любом случае, если не освобождаться, то лечиться надо скорее. С тем и обращаюсь к моей Малороссии, к силам, ёще способным подняться, встряхнуться, вспомнить, кто мы вместе, в одном племени. Забывчивым готов напомнить.

Мы, совместно с белорусами (с участием представителей других этносов Евразии), – создатели общерусской культуры. Так определил уникальную евразийскую цивилизацию славист князь Н. Трубецкой. Как "слой", отвечающий понятию "высокая культура", он один и один над обособленными "линзами", "островками" региональных фольклоров и "надфольклорными пластами" национальных культур. Малороссийское фольклорное поле отличается цветистостью, пышностью и удивительной живучестью во всей своей изначальной и приобретенной в этно-культурных контактах полноте. Оно, по сравнению с собственно русским и белорусским, менее поддалось разрушительному действию верхнего мощного "слоя". Одна из основных причин тому – сепаратистские настроения, питаемые многовековой бунтарской традицией казачества, искажавшей духовные ценности Киевской Руси, лучше всего сохраненные ее севером. Фольклор, в значительной части казацкий, питал грусть по несостоявшейся самостийности, будил "вздохи" и "мечтания". Эти настроения усилиями страстных и художественно одаренных патриотов Малой Родины, таких как Котляревский, Квитко-Основьяненко, Марко Вовчок, Шевченко, породили прямо из глубин народных говоров литературный украинский язык XIX века ("мужицкий" по определению историка-украиномана Костромарова), который, эволюционируя, в свою очередь превратился в современную "лiтературну мову", усвоенную малороссами, галичанами, в определенной мере жителями Причерноморья и Приазовья, незначительно крымчанами через школу, СМИ, литературу, искусство сценическое и кино. Так возникла значительная субкультура, украинский "надфольклорный пласт". Менее успешно эволюция фольклора протекала в Белоруссии (не хватало какого-то "оптимального объема"? Не было "допинга" в виде казатчины?). Собственно Россия, стремительно расширяясь, не успевала "переваривать" фольклоры и "надфольклорные пласты" присоединяемых территорий. Происходил постоянный синтез, тем не менее нет, нет да и вспыхивали удивительные по яркости образцы местных литератур – новгородской, беломорской, южнорусской, вплоть до последнего века. И если оставались в памяти, в обшей копилке, то как экзотика, курьезы. Но после Пушкина и Гоголя такие попытки стали сходить на нет.

Я не случайно назвал русское и малорусское имена.

За ними – творцы общерусского литературного языка. Подходы к нему просматриваются уже в Киевской Руси. Первые его звуки в начальных летописях, в "Слове", в "Русской правде", в посланиях митрополита Иллариона. В двух вариантах, малоросском и великорусском, без труда читаемых грамотным людом в Москве, Киеве и Минске, он дожил до реформ Петра I. Под пером южанина Ивана Вишенского он был тепл и мягок. Северянин Курбский, беглый князь, бичуя в письмах Грозного царя, совместил в этом языке деловую сухость приказных изб и стальную гибкость замысловатых оборотов с бойкой речью московских торговых рядов. На нем полоцкий архиепископ Смотрицкий написал единую для всей Руси грамматику, с которой начали свое образование помор Ломоносов и поднепровец Самуил Величко. Упорядочение письменности Симеоном Полоцким, белорусом, еще более сблизило эти варианты, а малороссы Богданович, Капнист, Гнедич, великороссы Сумароков, Херасков, Державин оставили их лишь в устах земляков. Украинское влияние на процесс сближения было очень велико. Ведь до "окна в Европу" европейская культура впивалась в Московию через "украинскую форточку" и в украинской редакции. Можно сказать, что Малороссия дала великороссам начальное образование. Но пока учились в начальной школе, средняя и высшая начали открываться в Москве и Петербурге, в крупных городах империи, где общими усилиями уже укоренялась общерусская деловая, литературная и разговорная речь всех образованных людей. В ней переплелось всё: московский диалект (в свою очередь "сборный"), звонкая скороговорка Маросейки, словечки из Кукуя, французских магазинов, итальянского театра, татарских лавок; деловая речь – из казенных домов, церковно-славянский язык храмов и монастырей, старорусско-польский жаргон, занесенный самозванцами. Всех капель, ручейков, потоков не счесть. Безостановочно продолжалась эволюция этого сложного сплетения, стихийная лишь отчасти, ибо повсюду, во всех явлениях общерусской культуры, общерусского литературного языка действуют, звучат (на один мотив речи) творцы, которые дома могут расслабиться – "поакать" по-московски или по-полтавски позволить себе "излишки" мягкого знака в устах.

Так кто они, Пушкин и Гоголь? Если по языку, без которого не мыслили жизни, с которым жили, на котором писали, говорили, думали, то – общероссы. Я счастлив, что принадлежу к этому надплемени, что не надо рвать собственный ген, как рубашку на груди, поскольку у малороссов и русских, которые во мне, не только язык, культура общие: но общая история, земля, надеюсь, судьба. Такое самоощущение не значит презрение собственно украинского "надфольклорного пласта". Он уже больше, чем субкультура; он превращается в полнокровную культуру, у него будущее. Это объективная реальность. Живя в Украине, кто б ты ни был, ты должен считаться с этим фактом, а этические и практические соображения – хорошие поводыри в малознакомом мире, да и лишние знания, простите за тавтологию, никогда не лишни. Малороссу, временно живущему в России и переселившемуся навсегда, не приходится приобщаться к отдельной, говоря устарелым языком, великорусской культуре. Этого "надфольклорного пласта" здесь попросту нет, а к общерусской культуре он приобщен с детства.

...Был.

Нынешние архитекторы незалежной державы с двойной столицей Киев-Львов недалеко ушли от одного из своих идейных вдохновителей, пана Вартового, назвавшего общерусскую культуру "шматом гнилой колбасы", добавив при этом: "Каждый, кто принесет хоть чуточку омоскаления в наш народ (словом из уст или книжкой), наносит ему вред, так как отвращает от национальной почвы". Отчего же сегодня тень Вартового, размноженная в Косивых, Драчах, Жулинских, "просвитовке" Бичуе, "заплечных дел мастера" в сфере народного образования Ирине Калинец, сонма других, им подобных, так густа в Украине, что, как ни кричи "да здравствует солнце!", и скупого луча не выкричишь? Почему верх берут силы, поставившие цель лишить пятидесятимиллионный народ приобретенных уже знаний; в частности, языка великих украинцев Гоголя, Короленко, Гнедича, Гребинки, того же Шевченко – в его прозе, письмах, дневнике? Да потому что у власти на Украине безумные сепаратисты. И власть они могут сохранить в своих руках только такой "культурной политикой" – затемнением любознательного взгляда, памяти, направленной подсветкой ложных ориентиров. И, что знаменательно, самыми неистовыми ceпapaтистами на Украине являются творцы самостийных же культурных ценностей, в первых рядах – "Спiлка письменникiв" в полном составе (за вычетом русских писателей). Они слышать не хотят о расширении поля общерусской культуры. Они не жалеют усилий, чтобы сузить его, уничтожить сорняками ненависти и лжи, умалчивания. Но как предвидел Н. Трубецкой, ограничение поля высокой культуры может быть желательно только для бездарных и посредственных творцов и для фанатичных краевых шовинистов. Они будут выступать против общерусской культуры, наложат на нее печать трафаретности и мракобесия; стеснят или вовсе упразднят самую возможность свободного выбора между общерусской и самостоятельной украинской культурой; постараются запретить украинцам знание русского литературного языка, чтение русских книг. Станут внушать всему населению Украины острую и пламенную ненависть ко всему русскому, поддерживать эту ненависть всеми средствами школы, печати, литературы, искусства, хотя бы ценой клеветы, отказа от собственного исторического прошлого и попрания собственных национальных святынь. Эти мысли были высказаны три четверти века тому назад. Какова точность предвидения даже в деталях! Куда вашему туманному Нострадамусу!

И вот еще что высмотрел дальнозоркий славист в нашем сегодня. Он увидел киевско-львовских политиков на переломе тысячелетий, законодательно и беззаконными приемами подгоняющих "творцов" стахановскими методами создавать очень самостийную культуру, все равно какого качества, лишь бы она не была похожа на ту общерусскую, которую они многозначительно именуют русско-москальской, не забывая при этом всем ее явлениям придавать "татарскую" личину. Но лихорадочная спешка, отсутствие достаточного количества качественного материала под рукой сбивают "творцов" на подражательство. Полуфабрикаты выхватываются из-за границы, лишь бы не из России; им придумываются "украинские" названия, а то, что есть, переименовывается на украинский лад, Комната смеха! Да, Николай Трубецкой предупреждал, что "последние слова европейской цивилизации на самостийной украинской почве будут бок о бок жить с признаками самой вопиющей провинциальной ветоши и культурной отсталости при внутренней пустоте, прикрываемой крикливым самовосхвалением, кичливой рекламой, громкими фразами о национальной самобытности". Всё это уже имеется.

Сейчас изменение пресловутого "вектора", политического и экономического, на постсоветском пространстве Западом неплохо оплачивается. При том чек поступает не народам, а элите. Сепаратисты это знают. Но не только голая нужда подогревает их интерес. Подает и Россия. Еще как подает – протягивает кошелёчек и стыдливо отворачивается; мол, возьмете лишнее, не замечу. Только ворчит время от времени, когда воруют нагло. И берут, и воруют, а гордость, наверное, страдает: у кого, у азиатов! Ну, евразийцев. А мы ж – стопроцентные европейцы по всем признакам, кроме одного: тысячелетней веревочкой связаны, чтоб её! Так в Европу хочется, как лакею в гостиную аристократа. И понимают ведь, что, отведав с хозяйского стола, сами аристократами не станут. Однако будет чем в людской похвастаться: мы не только видали, но и сами едали гусиные лапки. И пока, будучи зависимы от российских энергоносителей, по сути, даровых, от дешевого импорта, от льгот на правах страны СНГ, от емкого и всеядного рынка, покорно, дабы выручить "братьев", потребляющих технические и сельскохозяйственные отбросы, сепаратисты держат "волшебную палочку", вектор, в нейтральном положении. То к западу, то к востоку дернется стрелка, а там и там глаз напряженных не спускают. Не проворонить бы! Но на Западе в советниках Бжезинский, а на Востоке – Глеб Павловский. Личности, сами понимаете, не равноценные. Тем не менее, оба опасны. Значит, опасны и общерусской культуре, к которой я, потомок малоросса Величко, мастера пера и сабли, потомок русских крестьян, ремесленников и разночинцев принадлежу всецело и безраздельно.

...Наши летописи, общие, написанные одним языком, оставили свидетельство о своеобразном способе казни у древлян. Два дерева стягивались макушками, к ним привязывали жертву за разные части тела; затем деревья отпускали. Человека разрывало на части...

Сергей СОКУРОВ-ВЕЛИЧКО

Коментарі









© 2007 - 2020, Народна правда
© 2007, УРА-Інтернет – дизайн і програмування

Передрук матеріалів дозволяється тільки за умови посилання на "Народну правду" та зазначення автора. Використання фотоматеріалів із розділу "Фото" – тільки за згодою автора.
"Народна правда" не несе відповідальності за зміст матеріалів, опублікованих авторами.

Технічна підтримка: techsupport@pravda.com.ua