Пошук на сайті:
Знайти



Народні блоги

Додати стрічку статей сайту до свого iGoogle
Останні публікації
Горбачев   КПСС   компартия   Николай Сухомлин   партия   Советский Союз   СССР   Сухомлин   секретарь горкома   секретарь обкома

Советские критические заметки


6
Рейтинг
6


Голосів "за"
12

Голосів "проти"
6

Вся история компартии с 1917 года убедительно свидетельствует о том, как тоталитарная машина своими безжалостными катками вдавливает человека в грязь, превращает его в раба, постепенно уничтожает его индивидуальность, загоняя в социалистическое стойло уравниловок и подачек. Это с одной стороны. Но существовала и другая, оборотная.

Советские критические заметки
Николай СУХОМЛИН, Харьков

Свою журналистскую карьеру я начинал в обкомовской газете "Соціалістична Харківщина" (ныне – "Слобідський край"). Тогдашние условия для журналистов, уверен, недостижимы для всех редакций и поныне. К примеру, каждый журналист редакции располагал собственным кабинетом размером с однокомнатную квартиру. Бесплатное питание, служебные машины, никаких ограничений в передвижении. Через несколько лет после начала работы – выделялось добротное новое жилье. На этом перечень удобств и привилегий не заканчивался. Куда уж было колегам из "Красного знамени" (ныне "Время") и "Вечерки" ("Вечерний Харьков). Попасть в подобное СМИ было чрезвычайно трудно: либо по сумасшедшему блату, либо имея агроменный талант. А отсель – и доверие в коллективе, полная "закулисная" информация о всех чиновничьих проделках. "Изнанка коммунизма" – так называли имевшуюся информацию мастодонты журналистики (средний возраст журналистов составлял – 48 лет; мне на тот момент было 14). Сейчас перелистывая пожелтевшие странички блокнотов, захотелось черкнуть пару строчек. О том, о советском, времени...

Вся история компартии с 1917 года убедительно свидетельствует о том, как тоталитарная машина своими безжалостными катками вдавливает человека в грязь, превращает его в раба, постепенно уничтожает его индивидуальность, загоняя в социалистическое стойло уравниловок и подачек. Это с одной стороны. Но существовала и другая, оборотная. Чем больше утверждался и укреплялся режим "красных кхмеров", чем абсолютней становилась их власть, безапелляционней монополизм на истину, тем быстрее развивались процессы деградации внутри партии, в ее верхушке особенно. Это была поистине пирамида дураков. И чем выше – тем глупее, а со сменой поколений – глупее в квадрате. Компартия прошла поразительный путь деградации, когда каждый новый руководитель и его приближенные оказывались не просто глупее и бестолковее предыдущих, со стороны казалось, кто-то неведомый перед тем, как вознести человека на самые высокие посты, специально кодирует его на патентованную дурь. Подобно тому, как кодируют пьющих, освобождая от алкогольной зависимости, так и здесь освобождали от зависимости здравого смысла и всяческого проблеска ума. Подобно тому, как сон разума рождает чудовищ, так тоталитарная коммунистическая система рождала дебилов-руководителей, чья беспросветная тупость была прямо пропорциональна занимаемой должности сверху вниз. Чем глупее – тем выше.

Мне и моим старшим коллегам довелось наблюдать многих самодуров и идиотов. Председателя колхоза, исключавшего "под мухой" из хозяйства каждого, кто ему вечером что-то не скажет. Секретаря райкома, любившего облетать на вертолете свои владения и обстреливавшего сверху пустыми бутылками и щепками тех, кто, замаявшись в поле, присел отдохнуть. "Ишь, паразиты, загорают". Секретаря горкома партии, который не мог связать двух слов без матерных связок и заставлявшего нас писать ему пылкие речи "на научной основе". Но даже озвучить их как следует он не мог. Ответработника ЦК КПУ, который трудился там с 1949 года бессменно и, пользуясь тем, что его кабинет был на этаже Щербицкого, куда требовался спецпропуск, лет пятнадцать не ударял палец о палец, читал подряд все газеты, смотрел все программы по телевизору, а секретарша четыре раза на день заваривала чаек, то кофеек с творожком. Да что говорить, если компартия прошла эволюцию наоборот – от интеллигентов, знающих языки, до беспросветных и безнадежных "лидеров" типа Полозкова, Горбачева и Гуренко. Не мудрено, когда ее запретили за попытку антиконституционного переворота, ни одна из ее многочисленных ячеек – ни на шахте, ни на заводе, ни в колхозе, – нигде – не выступила с протестом, не забастовала. Так всем осточертели и ежедневная ложь, и сытые вельможи в сигарообразных членовозах, сидящие на шее у народа.

Но даже на этом фоне выделялся секретарь обкома крупнейшего индустриального центра Украины, опять же, назовем условно его городом Д-м. Областной центр был знаменит тем, что ковал кадры не только для Киева, но и Москвы. Знающие люди утверждали, что 8 выпускников металлургического института в разное время были членами политбюро ЦК КПСС. Д-кая мафия в компартии занимала настолько прочные позиции, что казалось, так будет всегда. Но однажды все же цепочка оборвалась, и лидера, который, несомненно, пошел бы очень далеко, может быть, даже до Москвы, с позором и треском сняли со всех постов. Это было ЧП для всей партии. Дело ведь не в том, что сняли. А что поставили. Где же тогда ваши глаза были? А люди, на место которых пришел наш секретарь, назовем его В.Б., трудились уже на верхушке пирамиды в Киеве и Москве. Конфуз, конечно, неприятный вышел.

Показуха и очковтирательство процветали в Д-ке и до В.Б. Но он довел их до высшей степени цинизма и абсурда. Сооружались многоэтажные коровники с лифтом, комнатами отдыха с японскими телевизорами и "видиками", стоматологическими кабинетами. Моему коллеге, в бытность когда он был инструктором ЦК КПУ, демонстрировали этот образчик. Правда, пришлось слишком долго искать ключи от объектов, которые по понятным соображениям открывались исключительно в случае приезда каких-либо гостей. На скорую руку были возведены несколько потемкинских деревень, на базе которых проводились бесчисленные семинары по обмену опытом, свозились все категории освобожденных партработников. Должно быть, именно тогда родилась популярная в их среде частушка: "Опыт увезли такой, что еле держались, говорят, и техникой интересовались".

Оно бы все и ничего, да по мере утверждения своего авторитета амбиции В.Б. росли, как на дрожжах. В многочисленных речах (а выступал он три-четыре раза на день), в высказываниях, просто за рюмкой чая он стал допускать нелицеприятные выражения в адрес своего предшественника, одного из руководителей республики. Это, конечно, было крупной стратегической ошибкой, ибо предшественник являлся одним из столпов д-ской мафии, имел своих людей везде, в том числе и в окружении В.Б. Обсудив щепетильный вопрос на самом высоком уровне (а уровень представляли выходцы исключительно из Д-ска), сильные мира сего решили: проанализировать обстановку в области (читай: собрать компромат) и принять принципиальное решение вплоть до укрепления кадров (читай: выгнать к чертовой матери).

Как и на любого высокопоставленного компартийца, компромата на В.Б. нашлось достаточно. Теперь оставалось найти повод. Понятно, и за этим дело не стало. Сгубила В.Б. гипертрофированная страсть к славе. Ему мало потемкинских деревень, надо, чтобы газеты каждый день печатали его портреты, по телевидению показывали холеную сытую физиономию. Журналистов он ненавидел лютой ненавистью, давил их безжалостно, как бульдозер. В результате в одном из номеров областной газеты можно было найти от 20 до 40 заметок сродни "Встреча на заводе. Вчера первый секретарь обкома посетил завод такой-то. Состоялась заинтересованная беседа, в ходе которой В.Б. высказал ряд ценных рекомендаций и советов" и т. п. Пять-шесть фотопортретов, две-три речи в полном объеме стали ежедневной нормой не только для областных, но городских и районных газет. Терпение лопнуло, когда в газетах стали появляться фото супруги В.Б. – пышной блондинки, конструктора одного из КБ – под рубрикой "Наши маяки". Главным обвинением стало то, что, к примеру, приветствие Горбачева труженикам идеологического фронта по указанию В.Б. было перенесено на третью полосу газеты, а приветствие самого В.Б. работникам сельского хозяйства печаталось на месте передовицы. В те времена подобные "ошибки" ловко использовались для сведения счетов с неугодными (в сталинские годы, если не дай Бог в туалете кто-то подтерся газетой с портретом Ленина etc, наказание было проще – расстрел).

Сперва, правда, на пленуме обкома хотели наказать редактора газеты, проявившего политическую близорукость, но присутствовавшие товарищи из Киева "поправили" пленум, объяснив его членам, кто истинный виновник. В.Б. был освобожден "в связи с поданным заявлением". В перерыве, правда, он пытался закрыться в туалете, но охранявшие пленум "пограничники" его "выловили" оттуда, а киевские товарищи продиктовали текст этого самого добровольного заявления. Вскоре В.Б. уехал из области в неизвестном направлении и пропал. А вот список подобных фактов можно продолжать до бесконечности...










© 2007 - 2020, Народна правда
© 2007, УРА-Інтернет – дизайн і програмування

Передрук матеріалів дозволяється тільки за умови посилання на "Народну правду" та зазначення автора. Використання фотоматеріалів із розділу "Фото" – тільки за згодою автора.
"Народна правда" не несе відповідальності за зміст матеріалів, опублікованих авторами.

Технічна підтримка: techsupport@pravda.com.ua