Поиск по сайту:
Найти



Народные блоги

Добавить ленту статей сайта в свой iGoogle
Последние публикации

Присоединение Крымского ханства к Российской империи и современная геополитика гл.23 ч.2


-6
Рейтинг
-6


Голосов "за"
8

Голосов "против"
14

Первый Азовский поход
7 марта – 2 октября 1695 года


Присоединение Крымского ханства к Российской империи и современная геополитика гл.23 ч.2
Первый Азовский поход

7 марта – 2 октября 1695 года


Дореволюционная и советская историография примерно так поясняла причины походов молодого царя Петра I на берега Азовского моря:

"В конце XVII в. одной из важнейших задач, стоявших перед русским государством, была борьба за выход на Черное и Балтийское моря.

Разрешение этой задачи должно было создать благоприятные условия для развития экономических связей России с другими странами по морским путям и в то же время обеспечить внешнюю безопасность государства, границы которого на юге подвергались нападению со стороны крымских татар и турок, а на северо-западе – со стороны шведов.

Петр I направил свои усилия, прежде всего на разрешение черноморской проблемы, так как в этот период существовал военный союз России, Польши, Австрии и Венеции против Турции
".



Но, вся эта книжная премудрость была сочинена, кабинетными ученными, лет за 200 после Азовских походов Петра Первого и призвана была только оправдать в глазах новых поколений россиян, имперскую, захватническую политику Московского царя.

Три века в первую очередь в самой России не утихают споры о роли Петра Первого в русской истории.

И к сожалению, в большинстве случаев, и особенно во время установления (10 лет назад) в России диктатуры В.Путина, эмоции, что политиков, что ново русских историков берут верх над здравым смыслом.

А, в таких вопросах, как оценка той или иной личности в истории ее нужно оценивать исключительно по той пользе, которую она принесла государству.

Каждое решение очередного русского (российского) правителя, в историческом диапазоне от Ивана Грозного до В. Путина надо тщательно анализировать, рассматривая все альтернативные варианты имевшихся у них выборов.

И если выбрано оптимальное, с точки зрения государственных интересов решение, то оно заведомо хорошо, и находится вне эмоций и так называемых нравственных оценок как современников этого события так и последующих историков.

Немного упрощая вопрос, можно попросту применить современный критерий оценки государственного деятеля: эффективность-стоимость.

И вот, если руководствоваться этим критерием, то участие России в Северной войне, строительство новой столицы Петербурга и Балтийского флота были оптимальными решениями, альтернативы которым попросту не было.

И совсем иначе дело обстоит с Азовскими походами и строительством флота в Воронеже.

И псевдо патриотичные вопли ново русских историков, что это была "борьба России за выход к морю" здесь явно неуместны.

Чтобы русскому флоту выйти хотя бы в Средиземное море, не говоря про Атлантический океан, Петру Первому, надо было с помощью вооруженной силы взять под контроль еще три стратегически важных пролива – Керченский, Босфор и Дарданеллы.

А вот для этого Петру Первому надо было бы уничтожить могучую на то время Османскую империю одновременно захватив его столицу Константинополь!

И забегая наперед можно сказать, что эта утопическая идея о завоевании Константинополя никогда за все время существования в России династии Романовых воплощена не была. Дальше Босфора и то только со стороны Болгарии русские войска не доходили никогда.

В связи со сказанным для России времен Пера Первого единственно возможным выходом к западным моря было только борьба за овладение устьем реки Невы.

И чтобы додумать до этого правильного решения Великому Петру Первому понадобилось еще 5 дополнительных лет!

Мне могут возразить, что Петр Первый так же хотел и обуздать наконец крымских татар с их набегами в российские пределы и на Речь Посполитую! Но для этого у Петра Перового не было ни сил ни средств, чтобы одному захватить Крым.

А для того чтобы на крымских татар навести страх, то это бы смогли сделать одни запорожские и донские казаки.

А если бы еще Петр заплатил им за это хотя бы 10% от тех средств что были потрачены на два Азовских похода, то существование Крыма как самостоятельного государства было бы проблематичным и уж ни о каких набегах они бы не мечтали.

Поэтому автор склонен рассматривать Азовские походы лишь как очередную, масштабную "воинскую потеху" 23 летнего "недоросля – бомабдира" его немецких генералов!

Решено было нанести удар не по крымским татарам, как в походах Голицына, а по турецкой крепости Азов.

В качестве вводной справки:

Азов, в древности город Танаис, посад обл. Войска Донского на левом берегу Дона, в 36 верстах от Ростова; построен греками.

Выгодное географическое положение Танаиса привлекло к нему обширную торговлю. За 115 л. до Р.X. он был завоеван Митридатом Понтийским; затем, по очереди, им владели: сарматы, гунны, хазары и печенеги.

В X в. Т. попал под власть Владимира Св., который отдал его, вместе с Тмутараканью, в удел своему сыну Мстиславу, а около 1067 г. был покорен половцами и получил нынешнее название.

В XIII в. Азов перешел к генуэзцам, был ими укреплен каменными стенами и башнями и сделался складочным пунктом для их индо-китайской торговли. В 1395 г., овладевший Азовом Тамерлан срыл его до основания, но в 1400 г. город был возобновлен генуэзцами.

В 1471 г. Азов был взят турками.



Турецкий Азак (Азов) в конце ХV-ХVI вв. являлся важным центром международной торговли. Турки оставили Азаку его старое название, которое в переводе с тюркского означало "низкое место", "устье реки".

В порт постоянно прибывали русские, турецкие, иранские купцы на кораблях.

Русские купцы везли в Азов на продажу ткани, ловчих птиц, меха соболя и лисицы, моржовый клык, доспехи-кольчуги, шлемы, мед, воск, кожи.

Восточные купцы продавали в Азове ткани, ковры, пряности, жемчуг, оружие. В порту находилась таможня, – турецкие власти брали пошлину со всех товаров, – покупки, продажи, взвешивания, даже с движения кораблей, заходящих в порт, поэтому за счет торговых пошлин Азак (Азов) давал в султанскую казну огромные суммы.

Особым товаром были рыба, черная икра и рабы. Целые караваны с бочками осетрины и черной икры отбывали постоянно из Азова в Стамбул, отчего Азов в турецкой столице звали "султанским рыбным двором".



Таким же товаром были русские рабы, которых азовцы захватывали в плен во время набегов на русские земли. Русский пленник стоил в Азове 5 золотых.

Французский путешественник Жан Шарден побывавший в Азове накануне первого Азовского похода так описал город и его окрестности:

"Каффские жители считают от Азова до Каффы морем 450 миль; сушею менее. Достигают же туда едва в 12 или 13 дней. Пролив Азовского моря, я хочу сказать канал между этим болотом и Черным морем, имеет 5 льё. Древние называли этот канал Bosphore Cimmerien; теперь он носит название каффского пролива, а также устья св. Иоанна (la Bouche de Saint – Jean). Большие корабли, идущие в Азов, останавливаются в г. Палестре (Palestra) (Вероятно, нынешний Таганрог), находящемся в 40 милях от крепости и в 20 от Дона, ибо дальше идет мель.

Крепость Азов находится в 14-ти милях от реки. Опасно ездить туда, особенно, посылать деньги, ибо москвитяне нападают иногда на путешественников то с моря, то с суши. Коменданты Азова всегда в перемирии с соседями, но они не держат его, ибо, как с той, так и с другой стороны найдется всегда какой-нибудь повод к вторжению.

Турки имеют 2 маленькие крепостцы, где они содержат гарнизон, при устье Дона и на его берегах; они замыкают это устье большою цепью и препятствуют также москвитянам и черкесам плавать на больших барках по обоим морям. Прежде чем эти две крепости были построены и положена была цепь, эти народы, плавая по Дону, опустошали его берега.

Теперь же для больших кораблей этот проход заперт; они иногда проходят ночью, с большим усилием, на легких лодках поверх цепи; но это случается редко, вследствие опасности быть разбитыми вдребезги выстрелами из пушек, находящихся в обеих крепостцах.

Некогда была крепость в 3 милях от Азовского моря, называемая Тана; но теперь она разрушена, и это не есть Азов, как некоторые предполагают который лежит в 15 льё дальше. Река Дон длиною 80 льё, а ширина при устье простирается от 25 до 30 льё. Древние [12] называют ее Oxentes; туземцы же, которые, с одной стороны – москвитяне и казаки, а с другой – татары, называют ее Don или Тоn и Теn, сообразно выговору буквы Т и D".

В 1774 году Азов окончательно закреплён за Россией. И нам этом его "злоключения" не закончились.

После присоединения Прикубанья и Крыма к России в конце XVIII века Азовская крепость потеряла своё стратегическое значение и в 1810 году была упразднена.

Азов остался посадом Ростовского уезда Екатеринославской губернии.

С 1920 года посад Азов стал городом.



Но вернемся под Азов 1695 года. По мнению немецких генералов состоявших на службе у Петра Первого со взятием этой стратегической турецкой крепости нарушалась сухопутная связь между владениями Крымского ханства в Северном Причерноморье и на Северном Кавказе.

Владея Азовом, царь укреплял контроль не только над ханством, но и над донским казачеством.

Важную роль в выборе объекта похода играло и относительное удобство сообщения.

В отличие от шляха к Перекопу, путь к Азову пролегал по рекам (Дону, Волге) и по достаточно, заселенной местности.

Это освобождало войска от лишних обозов и длинных переходов по знойной степи.

Зимой и весной 1695 года на Дону были построены транспортные суда: струги, морские лодки и плоты для доставки войск, боеприпасов, артиллерии и продовольствия из дислокации к Азову.

Это можно считать началом, пусть несовершенного для решения военных задач на море, но – первого русского флота

Для осуществления намеченной цели Петр I избрал два направления военных действий: устье Дона (главное) и низовья Днепра (вспомогательное). В случае успеха Петр приобретал базы на Азовском и Черном морях, где можно было развернуть строительство флота.

Дон связывал центральные районы России с Азовским морем и являлся хорошей коммуникацией, что при плохом состоянии в то время дорог имело большое значение. В устье Дона находилась крепость Азов.

Днепр также представлял собой удобную водную магистраль, связывавшую южные районы страны с Черным морем. На Днепре турки имели крепости: Очаков, Казикерман и Аслан – Ордек.

Тут мы прервем хронологию главы и призовем для дачи свидетельств очевидца Азовских походов ИОГАННА-ГОТТГИЛЬФ ФОККЕРОДТА который в свое книге "РОССИЯ ПРИ ПЕТРЕ ВЕЛИКОМ" дает характеристику вооруженным силам московского царства при Петре Первом.

Какие полезные перемены предпринял Петр I в своих военных силах?

1. Точно так же, как русские впервые получили правила порядка и некоторую образованность от татар Золотой Орды и заимствовали у них все свои старинные гражданские и воинские учреждения, точно так же и русское военное устройство во многих частях совершенно сходствует с тем, которое до сих пор еще сохраняют у себя турки, тоже татарский народ.

2. Стрельцы (Schuetzen) были ядром русской пехоты, в мирное время никакой другой и не знали в краю. Об их учреждении и гибели мы подробно рассказали уже в предыдущей главе. Они носили ружья и сабли, одежда была неоднообразна: каждый одевался по своему желанию и возможности.

Они разделялись на несколько полков, каждый под начальством особенного полковника, а все вместе могли составлять от 20 до 30 тысяч; часть того оставалась постоянно в Москве, прочие стояли в разных местах по пограничным крепостям. Первые жили все вместе в особенной слободе (Freiheit), почти как янычары, с которыми у них было и то общее, что не сражались рядами, а делали нападения некоторого рода колонной.

Жалованья ежегодно получали не больше 4 рублей на человека; при том пользовались большими торговыми преимуществами, заставлявшими многих зажиточных граждан записываться в это войско, которые не несли никакой службы, а если случался поход, то за поминки легко могли получить от своих офицеров, чтобы эти посылали других вместо них.

3. А когда доходило до войны, отводился округ каждому полковнику (которых русские всегда содержали порядочное число, отчасти иностранцев, отчасти земляков, не имевших, однако ж, никаких постоянных полков и получавших очень небольшое содержание в мирное время): в этом округе он должен был набрать и вывести в поле свой полк.

Всякая деревня должна была поставить, по его расчислению, ему известное число солдат, а эти так же были не одинаково одеты и вооружены, как и приучены к военному порядку. Всякий брал с собою оружие, какое у него было, немногие снабжены были огнестрельным. Большая часть носили бердыши (род [40] секиры), у некоторых были копья, у других деревянные дубинки.

Подобное войско, разумеется, не могло сделать многого в сражениях, редко и употреблялось в них и служило только для занятия стана, или обоза, хотя русские вообще очень остерегались вступать с неприятелем в правильный бой, стараясь только разъединить его и получить над ним некоторые выгоды посредством засады. Как скоро кончался поход, каждый возвращался опять в свою деревню, а на случай продолжения войны на другой год полк нужно было набирать совершенно сызнова. Коротко сказать, эти полки составлялись почти таким же образом, как и те, что турецкие паши (Passen) приводили к войску из своих пашалыков, кроме только лучшего вооружения и большего мужества последних.

4. Русская конница состояла преимущественно из так называемых детей боярских (Boyarenkindern). Это были дворяне, жившие рассеянно по всем областям и владевшие наследственно некоторыми ленными поместьями (вотчинами), откуда и должны были подниматься при наступлении войны с известным числом рабов по вотчинной раскладке, являться на главный смотр, содержать себя во время похода на собственный счет точно так же, как и тимариоты в турецком военном устройстве.

Их обыкновенное оружие были лук и стрелы, копье и сабля, однако ж ружья и пистолеты носили многие, имевшие возможность купить их. Как ни мало такая конница была в силах сделать что-нибудь против обученной, но все же могла еще сколько ни есть сладить со своими тогдашними неприятелями, поляками и татарами, которые также немного лучше были вооружены и приучены к военному порядку, хотя со всем тем в поле с поляками она большею частью уступала им.

5. Вместе с этою конницей цари держали еще несколько тысяч татар, которые по завоевании Казанского царства покорились русскому скипетру с сохранением, однако ж, свободы совести; они слыли за верных и храбрых людей и в войнах русских с поляками оказали хорошие и полезные услуги.

6. Когда понадобится такого народа еще больше, соседние калмыки предоставляли царям столько войска, сколько им хотелось, да и за очень скудное жалованье, потому что на человека с лошадью они могли давать ежегодно не больше одного рубля да один тулуп в год. Но после того как украинские казаки отложились от Оттоманской Порты (Вернее, от Польши.) и отдались под русское покровительство, к услугам царей была вся казацкая сила, более 100 тысяч лошадей: следовательно, они могли обходиться и без помощи калмыков.

7. Правда, что у русских были и пушкари, и многочисленная артиллерия со времен Ивана Васильевича. Но пушки были плохие и неправильного калибра, а прислуга при них еще хуже. Все их осадное искусство состояло в том, что они окапывались, выводя перед собой земляной вал, что делали до тех пор, пока не только совсем не наполнят землей рва, да еще и не станут вровень со стенами. Если нельзя было взять таким способом крепости, то не знали уже никакого другого средства, кроме облежания ее до тех пор, пока она не сдастся по недостатку в съестных припасах.

8. Хотя еще царь Алексей намеревался привести в лучшее положение свои военные силы, и в продолжение войны с Польшей учредил уже несколько пехотных полков под начальством иностранных офицеров, и для обучения своего народа ратному делу велел перевести по-русски большую книгу о военном искусстве, вышедшую сперва в Германии, и напечатать ее в Москве; но стрельцы, которых еще надо было поберечь в то время, косо посматривали на это новое войско.

Да и боярам, пользовавшимся доверием двора, было невыгодно вследствие этого нового учреждения терять совсем своих крестьян, которых прежде посылали они в поход только на год; сверх того они побаивались, чтобы от того самого не получили ближайшего доступа к царю иностранцы, которых необходимо надобно было употребить тут. Духовенство находилось точно в таком же опасении и не хотело совсем терпеть при дворе поганых еретиков. Все эти три различных сословия так многообразно тормозили вышесказанные намерения царя и под рукою ставили ему столько препятствий, что он наконец нашел себя вынужденным бросить его совсем.

9. Смятения и перевороты, происходившие в первые годы царствования Петра I, бросили этого государя в руки иностранных офицеров и подали ему случай впоследствии к полному отрешению от предрассудков, сдерживавших его отца и мешавших ему в исполнении вышесказанного намерения.

Разведя сначала стрельцов по пограничным крепостям и потом совсем истребив их с помощью рассказанного способа, приучив дворянство к службе под начальством иностранцев, он не нашел затруднительным до того умножить число своих потешных, что из них вышло два гвардейских полка, и учредить по образцу их еще несколько других полков: все они одеты и вооружены были так же, как и европейские войска, такую же имели выправку и в случае надобности могли делать все воинские приемы и маршировать рядами.

10. Но тут и все улучшения русской военной силы до того времени. Петру I все еще недоставало лучшего – способных и сведущих офицеров для войска.

Его собственный народ не мог ему доставить таких людей. Большая часть иностранцев, которых он нашел в своем крае, родились в России от иностранных родителей, никогда не бывших за пределами этой страны, тем менее еще не видавшие неприятеля, и потому они немного лучше природных русских смыслили в военной службе.

Те, которых привлекали потом в Россию слухи о перемене в русском войске и которые как явились, так все и забраны целиком в службу без дальнейшего разбора, тоже были немного лучше и так же мало знали ремесло, потому что Россия считалась тогда еще совсем варварскою страной и на службу туда не отваживался никто, умевший достать себе хлеб в другом месте.

Если же между последними и повстречался человек достойный, то не понимал языка и мог тем менее делать успехи, что русские иноземцы, снискавшие себе расположение Петра I самыми низкими и постыдными средствами, старались таким же образом и сохранить его, всячески удалять от царя заслуженных людей и теснить их".


20 января 1695 г. в Москве был объявлен царский указ о формировании в Белгороде и Севске армии Шереметева для похода в низовье Днепра. Об Азове в указе умышленно не упоминалось ни слова, чтобы захватить противника врасплох и отвлечь крымских татар от помощи Азову.

Ранней весной 1695 г. формирование армии Шереметева было закончено, и в составе 120 тыс. чел. она двинулась в низовье Днепра.

Тем временем и Азовская армия закончила свою организацию.

Она насчитывала около 30 000 чел., в ее состав были включены лучшие полки: Преображенский, Семеновский, Лефортовский, Бутырский и др. Общего главнокомандующего Петр I не назначил, а разделил Азовскую армию на три отряда, во главе которых были поставлены генералы Гордон, Головин и Лефорт.

Для решения вопросов, касавшихся действий всей армии, положено было собирать военный совет в составе Гордона, Головина и Лефорта. Постановления совета могли приводиться в исполнение лишь по утверждении их Петром, хотя он участвовал в походе в качестве бомбардира.

Весной 1695 г. армия 3-я группами по командованием Головина, Гордона и Лефорта двинулась на юг.

Перед этим русское войско это собралось в Тамбове, откуда по первому весеннему пути двинулось на р. Хопер, а потом правою стороной Дона к Черкаску.

Войску Донскому предписано было, чтобы все казаки как верховых городков, так и ниже лежащих, по мере приближения русского передового отряда присоединялись к нему и поступали в распоряжение его начальника, генерала Гордона.

Атаману Фролу Минаеву секретным приказом повелено было поход этот хранить в тайне и никому, кроме лучших старшин, не объявлять.

К этому походу призваны были также казаки малороссийские, терские и гребенские. Но как ни скрытно происходили эти приготовления, азовцы чрез враждебного Москве калмыцкого Аюку-тайшу проведали о намерениях царя и приготовились к защите.

Казаки встретили русские войска на своей земле с недоумением и тревогой. Недавнее брожение среди них еще не улеглось.

Подчинение московскому военноначальнику, да еще иностранцу, вызвало среди них брожение.

Историки Петра I говорят, что казаки подумывали даже об измене. В первых числах июня 1695 г. (по другим данным – июля) русские войска достигли г. Черкаска, а 8 числа прибыл и сам царь и приказал двинуть все силы под Азов.



А мы знаем со слов очевидца ИОГАННА-ГОТТГИЛЬФ ФОККЕРОДТА что эта русская армия состояла большей частью из войск новых, устроенных по иностранному образцу, с командирами иностранцами, а также из прежних потешных Преображенского и Семеновского полков.

Царь был среди этих последних в звании "бомбардира" Преображенского полка, под именем Петра Алексеева.

Весь отряд, по оригинальнейшему распоряжению, находился под командой "консилии" трех лиц: Головина, Лефорта и Гордона; их приказания утверждал сам царь.

Соперничество и разногласие между этими начальниками, слабая дисциплина и ропот отдельных частей на командиров иностранцев, неопытность царя в военных вопросах, к тому же не обладавшего никаким военным талантом, а также недостаток в лошадях и съестных припасах не могли сулить благоприятный исход этой компании.

Опытней других был Гордон, но на царя больше имел влияния профан в военном деле Лефорт.

Инженерными работами руководил Франц Тиммерман; его помощниками были: Адам Вейде, Яков Брюс и швейцарец Морло, люди неспособные и не знавшие своего дела.

Ошибки их при взрыве подкопов вредили больше русским, чем туркам. Осада безуспешно тянулась до конца сентября.

Царь скоро убедился, что без флота город, имевший свободное сообщение с морем, взять невозможно.



Неустанные работы царя, собственноручно начинявшего бомбы и гранаты, мало помогли делу. Когда отдельные части не доверяют своим начальникам, а между высшим командным составом существует рознь, – война проиграна.



Русская армия отвоевала у турок две крепости, и в конце июня осадила Азов (крепость в устье Дона).

Крепость защищал 7-тысячный гарнизон под командованием бея Гассан-Араслана.

Со времен захвата крепости Азов донскими казаками, турки основательно укрепили Азов.

Сама крепость была окружена каменными стенами. Перед стеной возвышался земляной вал и был прорыт ров с деревянными частоколами. На расстоянии полверсты от основных укреплений было насыпано еще два земляных вала.

А в трех вестах от крепости на берегах Доне в 1663 году турки построили две большие каменные башни, так называемые каланчи.

Между каланчами были протянуты три железных цепи, перегораживающие выход судам в море.

Там же на берегу Дона имелась и небольшая крепость – форт под названием" Лютик"

Это было серьезное крепостное сооружение, хорошо укрепленное и вооруженное.

Всвязи с чем у русской армии взять с ходу Азов никаких шансов не было... Поэтому по совету немецких генералов было решено начать так называемую правильную осаду крепости Азов.

Гордон стал против южной стороны, Лефорт влево от него, Головин, при отряде которого находился и царь – вправо.

Гордон в своих мемуарах про одно военное совещание в присутствии царя писал, что "по обычаю ничего дельного не решено.

Все идет так медленно и неудачно, точно нам оно совершенно не важно
".

2 июля 1695 г. войска под командованием Гордона начали осадные работы. 5 июля 1695 г. к ним присоединились корпуса Головина и Лефорта.

8 июля начался ее обстрел.



На одной из батарей бомбардир Петр Алексеев (Петр I) сам начинял гранаты и палил по городу в течение 2 недель. Так началась воинская служба царя, о чем он записал:

"Зачал служить с первого Азовского походу бомбардиром".

14 и 16 июля 1695 г. русским удалось занять каланчи – две каменные башни по обоим берегам Дона, выше Азова, с протянутыми между ними железными цепями, которые преграждали речным судам выход в море. Это стало фактически наивысшим успехом в ходе кампании.

Однако русские в этом походе имели некоторый успех. Донские казаки, которым была обещана денежная награда в 10 рублей (а это жалование за 2.5 года рядового стрельца! – автор), взяли при помощи своего казацкого "розмысла" (подкопов) две каланчи (укрепления, башни, хорошо оборудованные артиллерией), построенные турками по обоим берегам Дона выше Азова.

В этих каланчах и в ново построенной крепости Сергиевской, против Азова, царь оставил 3 тыс. гарнизон под командой воеводы Акима Ржевского.

На казаков же была возложена обязанность, оказывать этому гарнизону помощь в случае нападений неприятеля. Словом, вся тяжесть от мщения сильного и раздраженного врага легла на казаков. Осень и зима, прошли в постоянных стычках донцов, с азовцами, которых Порта старалась усилить.

Но и турки не отсиживались в крепости. 14 июля 1669 г. к ним перебежал бывший голландский матрос Яков Янсен состоявший на русской службе уже в чине гвардии капитана.

Он пользовавшегося особым доверием царя, в самый критический момент осады неожиданно передавшегося туркам и сообщившего им самые ценные сведения о положении русской армии.

В частности он рассказал азовскому бею осажденной крепости, о порядках в армии Петра Первого. В частности о русском обычае спать в самую жаркую часть дня.

И в полдень 15 июля турки, совершили вылазку – напав на спящий русский лагерь. Только через несколько часов кровопролитного рукопашного боя русским удалось отбыть у турок свои прежние позиции. Турки успехи захватить 9 полевых пушек и повредить основные осадные орудия.

Были предприняты две попытки штурма (5 августа 1695 г и 25 сентября 1965 г.)

5 августа на штурм Азова вызвалось 4500 охотник. Турки отбили с большими потерями для русских эту атаку.

Тогда было решено сделать подкоп под стену Азова, чтобы взрывом мины разрушить крепостную стену и позволить войскам прорваться в крепостью

Но подкоп был сделан неправильно и взрыв никакого эффекта кроме потерь для русских не принес (30 убито 100 ранено)

Оба штурма самой крепости (5 августа и 25 сентября) окончились неудачей.

5 августа Артиллерия не смогла пробить бреши в крепостной стене. Штурмовавшие действовали несогласованно, позволив туркам вовремя перегруппировать силы для отпора.

25 августа повторный штурм так же закончился неудачей.

Причины военной неудачи:

- устранение от активных действий донских казаков, знавших лучше иностранцев осадное дело и военные приемы турок,

- неприязненное отношение казаков к походу, предпринятому без их ведома и согласия,

а также пренебрежение царя к их легкому, но страшному для врагов, летучему флоту,

тому флоту, при помощи которого они громили в течение веков крымские и турецкие берега и топили большие, построенные иностранцами многопушечные военные турецкие корабли в Черном и Азовском морях

- отсутствие нового морского флота;

- русская армия не могла препятствовать снабжению крепости по морю, кроме того, это существенно увеличивало время доставки военных грузов.

- несогласованность действий русских войск; плохая выучка войск и низкое качество их вооружения.

- слабая инженерная подготовка и неподготовленная осадная техника.

27 сентября на военном совете было принято решение снять осаду. В октябре 1695 г. Петр снял осаду. Все это заставило русских снять осаду. Вся тяжелая артиллерия и порох оставлены были в Черкаске, а войска двинуты обратно в Россию. Флот отведен в Паншинский город.

Единственным трофеем похода был пленный турок, которого водили по улицам Москвы и показывали любопытным.

После первого Азовского похода царь начал подготовку новой кампании, в которой предполагалось использовать уже и флот.

Но русскому народу надо было бы объяснить чем кончилась война и за что погибли солдаты и тогда было сделано следующее.

22 ноября 1696 г. царь Петр с торжеством вступил в Москву. Было объявлено о большой победе над турками. А две башни каланчи в официальной реляции были названы городом Новосергиевском, который де и был успешно взят.



А вот остаткам 30 тысячной русской армии пришлой крайне плохо. На возвратном пути русская армия почти вся погибла от голода и болезней. На пространстве 800 верст, говорит австрийский агент Плейер, валялись трупы людей и лошадей, растерзанные волками.

Смертность была так велика, что все деревни, лежавшие на пути, были переполнены больными, заражавшими местных жителей.

Вся эта "пиррова" победа Петра Первого вызвала новую волну неприязни и ненависти к иностранцам, всему чуждому и иноземному пала в достаточной мере и на царя.

Тут все вспоминали предсказания умершего патриарха, что участие в подобном походе "еретиков" исключает возможность успеха.

Петр Первый силой подавив новые признаки недовольства в войсках и народе стал готовиться ко второму походу под Азов.

С этой целью просил польского короля выступить против турок, а австрийского императора Леопольда и бранденбургского курфюрста Фридриха прислать ему опытных инженеров и минеров. Даже с Венецианской республикой завел сношение о присылке к нему на службу корабельщиков.

Но в Первом Азовском походе у Петра Первого были и более важные победы, но проходили они на другом театре военных действий.

В мае 1695 г. русское войско под командованием боярина Б.П. Шереметьева и гетмана И. Мазепы (всего около 200 000 человек) пришло к турецкой крепости Кизыкармен (ныне это г. Каховка в Украине).

30 июля 1695 г. крепость была взята.

Затем запорожцы осади крепость Мустрит – Тавань. После падения Кизыкермена турки сдались запорожцам. А гарнизоны двух других турецких крепостей – Асламкерменя и Мубекеккермення бросив крепости бежали в Крым.

В виду явной угрозы вторжения в Крым, Крымский хан в январе 1696 г. совершил контрудар – вторгся в Украину в район г. Полтавы, где взял и сжег г. Миргород и уничтожил монастырь Спаса на р. Орели (в районе нынешнего г. Новомосковска), но о них в Москве предпочитали умалчивать.



(конец 2 части)

Комментарии









© 2007 - 2012, Народная правда
© 2007, УРА-Интернет – дизайн и программирование

Перепечатка материалов разрешена только со ссылкой на "Народную правду" и указанием автора. Использование фотоматериалов раздела "Фото" — только по согласованию с автором.
"Народная правда" не несет ответственности за содержание материалов, опубликованых авторами.

Техническая поддержка: techsupport@pravda.com.ua