Пошук на сайті:
Знайти



Народні блоги

Додати стрічку статей сайту до свого iGoogle
Останні публікації
Орег   Игорь   варяки   киев

Скандинавские правители Гардарики ч.9


0
Рейтинг
0


Голосів "за"
0

Голосів "проти"
0

Варяг Одд Орвар – конунг Гардарики Хельги (Святой) - древнерусский князь Олег

Скандинавские правители Гардарики ч.9
ч.9

Варяг Одд Орвар – конунг Гардарики Хельги (Святой) - древнерусский князь Олег

Варяг Одд Орвар – конунг Гардарики Хельги (Святой) – древнерусский князь Олег – это все один и тот же исторический персонаж, но в разных странах называемый по-разному!

Раннюю биографию "князя Олега" вы уважаемый читатель уже хорошо знаете из предыдущих частей, а в этой последней части, посвященной именно Олегу мы и разберем время его деятельности уже, как правителя средневекового варяжского королевства (каганата) Гардарики т.е. исторический отрезок времени с 882 года по 912 год т.е. 30-ти летний период, когда Гардарика сформировалась окончательно и вошла в мировую историю уже как Руссия (позже летописцами переименованная в Русь).

Сразу хочу заметить, что мнения российских историков о "князе Олеге", как всегда делятся на две почти противоположные точки зрения. Российский имперский период до 1917 г. и советский имперский период времен СССР.

И вот, что о князе Олеге знали россияне до 1917 г. (источник Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. – С.-Пб.: Брокгауз-Ефрон 1890-1907)



"Олег первый князь киевский из рода Рюрика.

Летопись говорит, что Рюрик, умирая, передал власть родственнику своему О., так как сын Рюрика, Игорь, был в то время малолетним.

По предположению Соловьева, О. получил власть не как опекун Игоря, а как старший в роду.

Три года оставался О. в Новгороде, а затем, набрав войско из варягов и подвластных ему племен чуди, ильменских славян, мери, веси, кривичей, двинулся на юг.

Сначала он занял Смоленск и посадил там своего мужа, потом перешел в землю северян и здесь, в Любече, также посадил мужа.

Добровольно ли покорились О. эти племена или после сопротивления – летопись не говорит.

Когда О. достиг Киева, там уже княжили Аскольд и Дир.

Летопись рассказывает, что О. хитростью вызвал их из города и умертвил, а сам завладел Киевом и сделал его своей столицей, сказав: "се буди мати градом русским".

Он строил города, с целью удерживать в своих руках покоренные народы и защищать их от нападений кочевников. Им была наложена дань на ильменских славян, кривичей и мерю.

Новгородцы должны были платить по 300 гривен ежегодно на содержание дружины из варягов.

После этого О. начинает расширять пределы своих владений, покоряя племена, жившие на восток и запад от Днепра.

В 883 г. покорены были древляне, находившиеся во вражде с полянами; на них была наложена дань по черной кунице с жилья.

Северяне платили дань хозарам; О. сказал им: "я враг хозарам, а вовсе не вам" – и северяне, по-видимому без сопротивления, согласились платить дань ему.

Радимичей О. послал спросить: "кому дань даете?".

Те отвечали: "хозарам".

"Не давайте хозарам, а давайте мне" – велел сказать им О., и радимичи стали платить дань ему по два шеляга с рала, как раньше платили хозарам.

Не все, впрочем, племена подчинялись так легко: по счету летописца, потребовалось 20 лет, чтобы покорить дулебов, хорватов, тиверцев, а угличей О. так и не удалось покорить.

В 907 г. О. предпринял поход на греков, оставив в Киеве Игоря.

Войско О. состояло из варягов, "ильменских славян" (которые по летописцу Нестору есть не славяне а "те жи варяги"-автор), чуди, кривичей, мери, полян, северян, древлян, радимичей, хорватов, дулебов и тиверцев.

Ехали на конях и кораблях. По словам летописи, кораблей было 2000, а в каждом корабле по 40 человек; но, конечно, придавать абсолютное значение этим цифрам нельзя.

Летопись украшает рассказ об этом походе разного рода легендами.



При приближении русских к Константинополю, греки замкнули гавань и заперли город.

О. вышел на сушу и стал опустошать окрестности, разрушать здания и храмы, мучить, избивать и бросать в море жителей; велел затем поставить лодки на колеса и, при попутном ветре, двинулся к городу.

Греки испугались и просили не губить города, соглашаясь давать дань, какую только О. захочет.

Задумали они затем избавиться от О. отравой, но О. догадался и не принял присланных ему греками кушаний и напитков.

После этого начались переговоры. О. послал к императору послов Карла, Фарлофа, Велмуда, Рулава и Стемира, которые потребовали по 12 гривен на корабль и уклады на города Киев, Чернигов, Переяслав, Полоцк, Ростов, Любеч и другие, так как в этих городах сидели мужи О.

Русские послы требовали, затем, чтобы Русь, приходящая в Царь-Град, могла брать съестных припасов сколько хочет, мыться в банях, для обратного пути запасаться у греческого царя якорями, канатами, парусами и т. п.

Византийский император принял эти условия с некоторыми изменениями: русские, пришедшие не для торговли, не берут месячины; князь должен запретить русским грабить греческие села; в Константинополе русские могут жить только у св. Мамы; император посылает чиновника переписать их имена, и тогда уже русские берут свои месячины – сначала киевляне, затем черниговцы, переяславцы и т. д.; входить в город они должны без оружия, в количестве не более 50 человек, в сопровождении императорского чиновника, и тогда уже могут торговать беспошлинно.

Императоры Лев и Александр целовали крест при заключении этого договора, О. же и мужи клялись, по русскому обычаю, оружием, богом своим Перуном и скотьим богом Волосом.

Летопись передает, далее, что О., возвращаясь домой, велел русским сшить паруса шелковые, а славянам – полотняные, и что воины, в знак победы, повесили свои щиты на вратах Царя-Града.

О. возвратился в Киев с золотом, дорогими тканями, овощами, винами и всяким узорочьем. Народ дивился ему и прозвал его "вещим", т. е. кудесником, волхвом: "бяхо бо людие погани и невеголоси", заключает летописец.

В 911 г. О. послал своих мужей в Константинополь утвердить договор, заключенный после похода.

Были посланы 5 мужей, присутствовавших при заключении первого договора, и, сверх того, еще 9: Инегельд, Гуды, Руальд, Карн, Фрелав, Рюар, Актеву, Труан, Бидульфост – имена, большей частью звучащие не по-славянски и показывающие, что дружина состояла тогда в большинстве из скандинавов.

Послы, от имени О., других князей, бояр и всей русской земли, заключили с византийским императором такой договор: при разборе дела о преступлении, нужно основываться на точных показаниях; если кто -заподозрит показание, то должен поклясться по обрядам своей веры, что оно ложно; за ложную клятву полагается казнь.

Если русин убьет христианина (т. е. грека) или наоборот, то убийца (если будет застигнут) должен быть убит на месте, где совершил убийство; если он убежит и оставит имущество, то, за выделом из него части, следующей по закону, жене, все остальное поступает родственникам убитого; если бежавший имущества не оставит, то он считается под судом до тех пор, пока не будет пойман и казнен смертью.

За удар мечом или чем-нибудь другим, виновник, по русскому закону, платит 5 литр серебра; если заплатить всей этой суммы он не в состоянии, то должен внести столько, сколько может, снять затем то платье, в котором ходит, и поклясться, по обрядам своей веры, что у него нет никого, кто бы мог за него заплатить; тогда иск прекращается.

Если русин украдет у христианина или наоборот, и вор будет пойман на месте, то хозяин украденного, в случае сопротивления вора, может его убить безнаказанно; если же вор отдастся без сопротивления, то его следует связать и взять с него втрое за украденное.

Если кто-нибудь из русских или христиан станет кого-нибудь мучить, допытываясь, где имущество, и насилием возьмет что-нибудь, то должен заплатить за взятое втрое.

Если греческий корабль будет выброшен на чужую землю, а там случатся русские, то они должны охранять корабль с грузом, отослать его в землю христианскую, провожать через всякое страшное место, пока он не достигнет места безопасного; если корабль сядет на мель или его задержат противные ветра, то русские должны помочь гребцам проводить его в землю греческую, если она окажется близко; если несчастье это случится вблизи земли русской, то корабль проводят в последнюю, груз продается и вся вырученная сумма приносится в Царь-Град, когда русские будут идти туда для торговли или с посольством; если же кто окажется на корабле том убитым, или прибитым, или что-нибудь пропадет, то виновники подвергаются указанному выше наказанию.

Если русскому или греку случится быть в какой-нибудь стране, где будут невольники из русских или греков, то он должен выкупить их и доставить в их страну, где ему будет выплачена выкупная сумма; военнопленные также возвращаются на родину, а взявший их в плен получает обыкновенную цену невольника.

Русские могут добровольно поступать на службу к греческому императору.

Если русские невольники будут приведены на продажу к грекам или наоборот, то они продаются по 20 золотых и отпускаются на родину.

Если раб будет украден из Руси, сам уйдет или будет уведен насильно, а господин его станет жаловаться, и жалоба будет подтверждена самим рабом, то последний возвращается на Русь;

гости (купцы) русские, потерявшие раба, могут искать его и взять обратно; кто не дает у себя делать обыска, тот тем самым проигрывает дело.

Если кто-нибудь из русских, находящихся на службе у византийского императора, умрет, не распорядившись своим имуществом, то оно отсылается к родственникам его на Русь; если распорядится, то оно поступает к тому, кому завещано, причем наследник получает имущество от земляков, ходящих в Грецию.

Если взявшийся доставить имущество утаит его или не возвратится с ним на Русь, то, по жалобе русских, он может быть насильно возвращен в отечество [Проф. М. Ф. Владимирский-Буданов эту статью толкует иначе: если преступник убежит, избегая наказания, из Руси в Грецию, то да будет возвращен; когда в таком случае Русь заявит жалобу греческому правительству, то это последнее должно схватить его и возвратить силой в Русь.

В летописи это место передано так: "аще злодей возвратится в Русь, да жалуют Русь христьянскому царству, и ят будет таковый и возвращен будеть не хотяй в Русь". Мы придерживались перевода С. М. Соловьева.].

Так точно и русские должны поступать относительно греков. После заключения договора, император византийский одарил русских послов золотом, одеждой, тканями и, по обычаю, приставил к ним мужей, которые водили их по церквам, показывали богатства и излагали учение Христовой веры.

Затем послы были отпущены домой, куда и возвратились в 912 г. Осенью того же года, по сказанию летописи, О. умер и похоронен в Киеве на Щековице ("П. С. Р. Лет.", I, 16).

Место погребения О. занесено в летопись по преданию, не вполне достоверному; есть и другое предание, по которому О. умер во время похода на север и похоронен в Ладоге (Архангел. лет., стр. 10-11).

Со смертью О. связано в летописи известное сказание, послужившее мотивом для стихотворения Пушкина: "Песнь о вещем О.". По счету летописца, О. княжил 33 года, с 879 (год смерти Рюрика) по 912 г.; но хронология первых страниц начальной летописи крайне спутана и неточна.

Критическую оценку летописных сведений об О. см. у Соловьева, Иловайского и Бестужева-Рюмина. Договора русских князей с греками вызвали обширную литературу, которая указана у М. Ф. Владимирского-Буданова, в "Хрестоматии по истории русского права" (вып. 1-й). Мнения Эверса и В. И. Сергеевича относительно значения этих договоров – см. Игорь Рюрикович.

Н. В-ко."



Из всей вышеизложенной информации мы уже с позиций дня сегодняшнего можем выделить следующие важные этапы и внести в них свои коррективы:

1.С 882 по 907 г. войны с ближайшими племенами и народами с целью расширения территории Гардарики. Причем Хольмгард (Новогород) перестал быть главным городом варягов, правивших в Гардарике и оставшееся там население сразу было обложено данью наравне со всеми остальными племенами, починившимися Олегу.

Столицей Гардарики стал Киев куда очевидно и перебрались все знатные варяги с Старой Ладоги, Хольмгарда (Новгорода) и других населенных пунктов.

2. Поход на Константинополь 907-908 года. Часть историков считает, что никакого похода не было! Во-первых, византийские хроники не содержат ни одного упоминания об этом событии. Историки других современных Византии стран тоже ничего не пишут о этом "грандиозном" для тогдашнего мира событии- покорении Византии и обложении ее данью!!!

3.Подписвние в 911 г. с Византией письменного договора о мире, дружбе и торговле!

О нем, тоже нет никаких достоверных, данных кроме сотни раз переспанных и отредактированных неизвестными летописцами "древнерусских летописей".



4. Смерть Олега

Тут три версии

1. умер от укуса змеи. Похоронен в Киеве.

2.в Хольмгарде (Новгороде) но похоронен в Старой Ладоге.

3. Олег погиб в ходе похода на территорию современного Азербайджана.

А теперь о том, что собрали и как интерпретировали эту информацию о князе Олеге уже советские историки.

Статья из Большой советской энциклопедии. Не "густо" но как говорится, но все лучше, чем пусто". Но из этого факта, уже видно, что это все, то что советская власть "разрешила знать своему советскому народу" о "князе Олеге" и это за 30 лет его бурной деятельности...

Олег Вещий (http://enc-dic.com/enc_sovet/Oleg-veschi-43602/)

"Олег Вещий (т. е. знающий будущее) (умер 912), древнерусский князь. По летописным сообщениям, родственник полулегендарного Рюрика (см. Рюрик-Синеус-Трувор), ставший после его смерти новгородским князем. В 882 О. совершил поход в землю кривичей и захватил их центр Смоленск. Спустившись вниз по Днепру, взял Любеч, а затем Киев, который сделал столицей своего государства.

В 883≈885 О. присоединил земли древлян, северян, радимичей, а к 907 ≈ области вятичей, хорватов, дулебов и тиверцев Покорённые племена О. обложил данью, обязал их поставлять ему воинов. Успешно воевал с хазарами. В 907 осадил столицу Византии Константинополь и наложил на империю контрибуцию. В 911 заключил выгодный торговый договор с Византией. По преданиям, умер от укуса змеи; этот факт лег в основу ряда песен, легенд и преданий.

═ Лит.: Повесть временных лет, ч. 2, Приложения. Статьи и комментарии Д. С. Лихачева. М. ≈ Л., 1950, с. 249≈281; Левченко М. В., Очерки по истории русско-византийских отношений, М., 1956. Большая советская энциклопедия. – М.: Советская энциклопедия 1969-1978

Ну, и третья точка зрения на "князя Олега" современных и как бы независимых российских историков.

"Оле́г (Ве́щий Оле́г, др.-рус. Оль́гъ, Ѡль́гъ, ум. 912) – князь новгородский с 879 года и великий князь киевский с 882.

Получив власть над новгородскими землями после смерти Рюрика как опекун над его малолетним сыном Игорем, Олег захватилКиев и перенёс туда столицу, объединив, тем самым, два главных центра восточных славян. Нередко рассматривается как основатель Древнерусского государства.

В летописи "Повесть временных лет" приводится его прозвище Вещий, то есть знающий будущее, провидящий будущее. Назван так сразу по возвращении из похода 907 года на Византию.

В летописях излагаются две версии биографии Олега: традиционная в "Повести временных лет", и по Новгородской Первой летописи. Новгородская летопись сохранила фрагменты более раннего летописного свода (на котором основывается и "ПВЛ"), однако содержит неточности в хронологии по событиям X века.

Согласно "ПВЛ", Олег был родичем (соплеменником) Рюрика. В. Н. Татищев со ссылкой на Иоакимовскую летопись считает его шурином – братом жены Рюрика, которую называет Ефандой.

Точное происхождение Олега в ПВЛ не указывается. Существует гипотеза о том, что Олег – это Одд Орвар (Стрела), герой нескольких норвежско-исландских саг[4].

После смерти основателя княжеской династии Рюрика в 879 году, Олег стал княжить в Новгороде как опекун малолетнего сына Рюрика Игоря. (родился в 878 году...)

Согласно ПВЛ, в 882 году Олег, взяв с собой много воинов: варягов, чудь, словен, мерю, весь, кривичей, – взял город Смоленск и Любеч и посадил там мужей своих. Далее по Днепру спустился к Киеву, где княжили два боярина, не племени Рюрика, но варяги Аскольд и Дир.

И увидел Олег, что Аскольд и Дир княжат, и отправил посла к ним со словами: "Купцы мы, едем в греки от Олега и от Игоря княжича, да приходите к роду своему и к нам". Аскольд и Дир пришли... Олег, спрятал одних воинов в ладьях, а других за собой оставил, а сам пошёл вперёд, и нёс на руках юного княжича Игоря, и объявил им: "Вꙑ нє́ста кнѧзѧ́ ни ро́ду кнѧ́жѧ • но азъ єсмь ро́ду кнѧ́жѧ". Предъявив им наследника Рюрика, малолетнего Игоря, Олег сказал: "А он – сын Рюрика". И убили Аскольда и Дира.

Никоновская летопись, компиляция различных источников XVI века, приводит более подробный рассказ об этом захвате. Олег высадил часть своей дружины на берег, обговорив тайный план действий.

Сам, сказавшись больным, остался в ладье и послал к Аскольду и Диру извещение, что везёт много бисера и украшений, а также имеет важный разговор к князьям. Когда те взошли на ладью, Олег сказал им: "Азъ єсмь Оль́гъ кнѧзь • а сє єсть Рю́риков И́горь кнѧ́жичь"[5] – и тут же убил Аскольда и Дира.

Расположение Киева показалось Олегу весьма удобным, и он перебрался туда с дружиной, объявив: "Да будет это мать городов русских".

Тем самым он объединил северный и южный центры восточных славян.

По этой причине именно Олега, а не Рюрика иногда считают основателем Древнерусского государства.

Вокняжившись в Киеве, Олег установил для Новгорода дань варягам в 300 гривен: "и ѹста́ви варѧ́гомъ дань даꙗ́ти • Ѿ Но́ваго̀рода т҃ гривенъ на лѣто • мира дѣлѧ єже до смерти Ꙗрославлѧ даꙗшє варѧгомъ".

Следующие 25 лет Олег был занят расширением своей державы

Он подчинил Киеву древлян (883), северян (884), радимичей (885). Два последних племенных союза были данниками хазар.

Повесть Временных Лет оставила текст обращения Олега к северянам: "Я враг хазарам, поэтому и вам незачем платить им дань." К радимичам: "Кому дань даёте?". Те ответили: "Козарам". И говорит Олег: "Не давайте Козаромъ, но мне давайте". "И владел Олег деревлянами, полянами, радимичами, а с – уличами и тиверцами имъяше рать".

898 годом Повесть временных лет датирует появление под Киевом венгров в ходе их миграции на запад, фактически произошедшее несколькими годами ранее.

В 907 году, снарядив 2000 ладей по 40 воинов в каждой (ПВЛ), Олег выступил в поход на Царьград. Византийский император Лев VI Философ приказал закрыть ворота города и загородить цепями гавань, предоставив таким образом варягам возможность грабить и разорять пригороды Константинополя.

Однако Олег пошёл на необычный штурм:

"И повелел Олег своим воинам сделать колёса и поставить на колёса корабли. И когда подул попутный ветер, подняли они в поле паруса и пошли к городу". Испуганные греки предложили Олегу мир и дань.

Согласно договору, Олег получил по 12 гривен за каждую уключину, и Византия обещала платить дань на русские города.

В знак победы Олег прибил свой щит к вратам Царьграда. Главным результатом похода стал торговый договор о беспошлинной торговле Руси в Византии.

Многие историки считают этот поход легендой. Давайте в связи с этим, и мы вникнем в суть проблемы.

И тут сразу надо сказать, что о походе Олега в 907 г. на Византию нет ни единого упоминания у византийских авторов, достаточно подробно описавших подобные походы в 860 и 941.

Есть сомнения и в отношении договора 907 года, текст которого представляет собой почти дословную компиляцию договоров 911 и 944 гг.!

Теперь о важных деталях которые так любят обходить все "квасные "российские патриоты!

Ведь разрушение этой "легенды" есть подрыв основ претензии что Российской империи, что нынешней РФ находящейся под пожизненной диктатурой В. Путина на владение Константинополем (Стамбулом) как столицей мировой империи под названием "ТРЕТИЙ РИМ"! Поэтому так и цепляются в России за эту легенду о Олеге, его кораблях и щите, прибитом Олегом на воротах Царьграда-Константинополя-Стамбула!

Но, эта легенда легко разбивается.

Так, во-первых, есть точный факт, что применение морского корабля на колесах в качестве военной хитрости не известно в северных сагах и поэтических произведениях.

В самой этой "летописной истории" много странного.

Например, с тем, как князь Олег поставил свои 2000 кораблей на колёса, и они помчались под парусами по земле, как по воде, наводя страх на необразованных греков...

Типа, одного этого было достаточно, чтобы сдать город Вещему Олегу – в самом деле, кто знает, чего там ещё может быть на уме у этакого выдумщика...

А теперь – попробуйте представить: 2000 кораблей, на каждом из которых по 40 человек, "поставили на колёса"...

Это откуда же вдруг взялась такая прорва колёс, способных выдержать огромный вес морского корабля викингов-варягов?

Что было использовано в качество осей?

Чтобы вдруг в новом, незнакомом месте раздобыть, а вернее, изготовить нужное количество прочных колёс и всё прочее, необходимое для реконструкции кораблей в буера, нужно время и масса материала...

Ну, ладно, допустим, как-то изготовили...

Что дальше?

Буера, вообще-то, в наше время ездят лишь по идеально ровной поверхности – по льду замёрзших водоёмов, глади высохших соляных озёр...

Современный буер, самостоятельно передвигающийся по пересечённой местности, – это полная ахинея, они и по автотрассе-то вряд ли далеко уедут, не хватит площади для манёвра, необходимого при переходах с одного галса на другой... В поле же, среди оврагов и холмов, современный буер не проедет и метра...

То же самое и с большим кораблём на тележных колёсах... То же самое, только гораздо хуже: под парусом, без дороги – совершенно невозможно...

Может быть, если совершенно сравнять дорогу от берега моря к намеченной цели, запрячь достаточное количество быков, не спеша, постоянно смазывая оси и меняя ломающиеся колёса, за какое-то время можно дотащить корабли до Царьграда...

Внимание, вопрос: а зачем вообще было тащить эти корабли?

По наиболее распространённой версии, пролив был перегорожен специальной цепью, не опустив которую, проплыть к Царьграду было никак невозможно.

Цепь эта управлялась из двух башен, стоящих по обе стороны пролива, и, захватив одну из них (а 2000 кораблей по 40 человек – это огромное войско, способное на многое), можно было преодолеть пролив совершенно безо всяких чудес – ровно так, как и делали все, у кого хватало сил захватить башни.

Если же не предполагалось после небольшого волока вновь спускать корабли Олега на воду, а планировалось только приехать на них, с ветерком, под стены города, то к чему вообще было тащить корабли, когда можно было просто высадить на берег воинов и пройти нужное расстояние пешком?

По-любому это вышло бы быстрее, чем добывать сотни тысяч колёс и толкать корабли по холмам и оврагам...

Никакого совершенно преимущества у кораблей не было – они не несли артиллерии и вряд ли смогли бы послужить защитой от стрел и камней противника, так как никто не мешал грекам сжечь их, использовав свой знаменитый "греческий огонь" – древний прототип напалма, использовавшийся, как минимум, ещё за тысячу лет до князя Олега.

Что получается?

Что мы снова упёрлись в какую-то ерунду: зачем щит прибивать на ворота – не ясно, для чего переть корабли под стены города – непонятно.

Так, как нам об этом рассказывали – поставить корабли на колёса и прокатиться с ветерком под всеми парусами через холмы и буераки, – чисто технически невозможно, никуда в разумные сроки так не доедешь...

Что касается мотива Олега с прибытием своего шита на воротах. Дотошные современные историки нашли вот такую паралель:

Мотив Олегова щита на воротах Царьграда подробно рассмотрен мною в статье "Датская Хуно-сага и эпизод из древнерусской летописи", где указаны параллели в исландской саге о норвежском конунге X в. Олаве, сыне Трюггви, у которого в молодости были связи с Русью, и в датской легенде о богатыре Huno по записи XVII в. (88).

Статья эта написана мною до появления в печати работы И. И. Мещанинова "Халдовы ворота" (89), которая лишь упомянута мною в статье о царьградском походе 907 г.

Коснусь здесь ее несколько подробнее. Мещанинов пишет, что, согласно тексту одной надписи, халдский завоеватель VII I в. до н.э. прибивает щиты к воротам, посвященным богу Халду.

Отголосок этого обряда – русское летописное сказание о щите Олега.

Глосса летописца, "показуя победу", указывает на то, что ему было уже непонятно культовое содержание этого действия. Возможно, что народное предание приписало Олегу еще сохранившийся в памяти обычай, являющийся следом халдско-скифских пережитков у восточных славян (90).

Таким образом, через Халдовы ворота перед нами открывается широкая культурно-историческая перспектива, позволяющая с полной уверенностью говорить о глубокой древности этого мотива, приуроченного к Олегу, и о русском происхождении аналогичных скандинавских преданий!

Другие современные историки не отрицая полностью факт похода 907 года на Византию допускаю свою версию этого события:

"Возможно, поход всё же был, но без осады Царьграда. ПВЛ в описании похода Игоря Рюриковича в 944 году передаёт "слова византийского царя" к князю Игорю: "Не ходи, но возьми дань, какую брал Олег, прибавлю и ещё к той дани".

В 911 году Олег отправил в Константинополь посольство, которое подтвердило "многолетний" мир и заключило новый договор."

По сравнению с договором 907 года из него исчезает упоминание о беспошлинной торговле. Олег именуется в договоре "великим князем русским".

В подлинности же соглашения 911 года у историков сомнений не возникает: она подкрепляется как лингвистическим анализом, так и упоминанием в византийских источниках.

В 912 году, как сообщает Повесть временных лет, князь Олег погиб от укуса змеи.

Но и во времена летописца Нестора в отношении Олега уже были свои расхождения в написании его биографии.

Вот Новгородская версия биографии. Восточные походы Олега.

В Новгородской первой летописи Олег представлен не князем, а воеводой при Игоре.

Убивает Аскольда, захватывает Киев и идёт войной на Византию тоже Игорь, а Олег возвращается обратно на север, в Ладогу, где умирает не в 912, а в 922 году.

"Идѣ Ольгъ къ Новугороду • и отътуда въ Ладогу ⁙ Друзии жє сказаютъ • ꙗко идущє єму за морє • и уклюнѫ змиꙗ въ ногу • и съ того умрє • єсть могила єго въ Ладозѣ"

Эти сведения противоречат русско-византийскому договору 911 года, где Олег именуется великим князем русским, но в то же время они лучше согласуются с восточными известиями о Руси этого периода (см. ниже).

Приблизительно после 912 года, согласно сообщению арабского автора Аль-Масуди, флот русов из 500 кораблей вошёл в Керченский пролив.

Хазарский царь разрешил русам пройти через Дон на Волгу, а оттуда спуститься в Каспийское море.

В результате русы разорили побережье Азербайджана.

Половину добычи по условию договора они отдали хазарскому царю, однако царская гвардия, состоящая из мусульман, потребовала мести за гибель единоверцев.

Царь не смог или не захотел спасать русов, но послал им предупреждение об опасности.

Битва длилась три дня и закончилась победой мусульман. 30 тысяч русов погибло.

Уцелевшие 5 тысяч бежали вверх по Волге, где были истреблены буртасами и булгарами.

Имя русского предводителя в сообщении не названо и в русских летописях поход не упомянут. Возможно, смутным намёком на него является фраза Новгородской летописи об Олеге "другии сказывают, будто ушёл он за море...".

И тут уместно будет упомянуть и Кембриджский" документ в биографии Олега.

"С личностью Олега иногда пытаются связать некого русского предводителя H-l-g-w, который по данным хазарского источника (так называемого "Кембриджского документа"), захватил по договорённости с Византией хазарский город Самкерц на Таманском полуострове, но был разбит наместником Самкерца Песахом и отправлен оным на Константинополь.

Византийцы сожгли греческим огнём суда русов и тогда H-l-g-w отправился в Персию, где погиб сам со всем войском.

Имя H-l-g-w восстанавливают как Хлгу, Хелгъ, Хелго.

Он именуется в документе "правителем Русии", что делает очень заманчивым его отождествление с Олегом.

Однако описываемые события относятся к правлению Игоря – поход русов на Византию совпадает по описанию с походом 941 года, а поход на Персию с набегом русов в 944 году на богатый закавказский город Бердаа близ реки Куры."

В историографии были попытки трактовать это сообщение как свидетельство дуумвирата Игоря и Олега, в этом случае жизнь Олега продлевается до середины 40-хгодов X века, а начало его правления предполагается более поздним, чем указано в летописи.

Возможно, что в восточных сочинениях, описывающих походы в Закавказье, упоминается другая группа русов, не связанная с Киевом.

Упоминание об Олеге иногда видят в сообщении арабского географа аль-Масуди о двух могущественных славянских правителях.

Первый из них носит имя ал-Дир и отождествляется с летописным князем Диром, имя второго в некоторых рукописях читается как Олванг:

"Вслед за ним (Диром), следует царь ал-Олванг, у которого много владений, обширные строения, большое войско и обильное военное снаряжение. Он воюет с Румом, франками, лангобардами и другими народами. Войны между ними ведутся с переменным успехом".

Смерть Олега

Обстоятельства смерти Вещего Олега противоречивы.

"Повесть временных лет" сообщает, что смерти Олега предшествовало небесное знамение – появление "звезды великой на западе копейным образом". По киевской версии, отражённой в "Повести временных лет", его могила находится в Киеве на горе Щековице.

Новгородская первая летопись помещает его могилу в Ладоге, но в то же время говорит, что он ушёл "за море".

В обоих вариантах присутствует легенда о смерти от змеиного укуса.

По преданию, волхвы предсказали князю, что он умрёт от своего любимого коня. Олег приказал увести коня и вспомнил о предсказании только через четыре года, когда конь уже давно умер.

Олег посмеялся над волхвами и захотел посмотреть на кости коня, встал ногой на череп и сказал: "Его ли мне бояться?" Однако в черепе коня жила ядовитая змея, смертельно ужалившая князя.

Эта легенда находит параллели в исландской саге о викинге Орваре Одде, который также был смертельно ужален на могиле любимого коня[16].

Неизвестно, стала ли сага поводом для создания русской легенды об Олеге или, напротив, обстоятельства гибели Олега послужили материалом для саги. Однако, если Олег является исторической личностью, то Орвар Одд – герой приключенческой саги, созданной на основе устных преданий не ранее XIII века.

Колдунья предсказала 12-летнему Одду смерть от его коня. Чтобы не дать свершиться предсказанию, Одд с другом убили коня, бросили в яму, а труп завалили камнями. Вот как погиб Орвар Одд спустя годы.

Историография по Вещему Олегу

"Г. Ловмянский доказывал, что утвердившееся в научной литературе мнение о первоначальном правлении Олега в Новгороде сомнительно. По версии Г. Ловмянского, Олег был смоленским князем, а его связь с Рюриком – поздняя летописная комбинация. А. Лебедев высказал догадку, что родственником Рюрика мог быть представитель местных нобилей. Факт возложения Олегом дани на Новгород Киеву и варягам может свидетельствовать против версии о новгородском княжении Олега.

Дата смерти Олега, как и все летописные даты русской истории до конца X века, носит условный характер.

Историк А. А. Шахматов отметил, что 912 год является также годом смерти византийского императора Льва VI – антагониста Олега.

Возможно летописец, знавший, что Олег и Лев были современниками, приурочил окончание их правлений к одной и той же дате.

Аналогичное подозрительное совпадение – 945 – и между датами смерти Игоря и свержения с престола его современника, византийского императора Романа I.

Учитывая к тому же, что новгородская традиция относит смерть Олега к 922 году (см. выше), дата 912 становится ещё более сомнительной.

Продолжительность княжения Олега и Игоря составляет по 33 года, что вызывает подозрение в былинном источнике этих сведений.

Польский историк XVIII века Х. Ф. Фризе выдвигал версию, что у Вещего Олега был сын, Олег Моравский, который после смерти отца был вынужден покинуть Русь в результате борьбы с князем Игорем.

Родственник Рюриковичей Олег Моравский стал последним князем Моравии в940 году, согласно сочинениям польских и чешских писателей XVI-XVII века, однако его родственная связь с Вещим Олегом является лишь предположением Фризе.

Русское произношение имени Олег возникло, возможно, от скандинавского имени Helge, что означало изначально (на протошведском – Hailaga) "святой", "обладающий даром исцеления".

Из саг известны несколько носителей имени Helgi, время жизни которых датируют VI-IX веками.

В сагах также встречаются близкие по звучанию имена Ole, Oleif, Ofeig. Саксон Грамматик называет имена Ole, Oleif, Ofeig, но их этническая принадлежность остаётся неясной.

Среди историков, не поддерживающих норманскую теорию, предпринимались попытки оспорить скандинавскую этимологию имени Олега и связать его с исконно славянскими, тюркскими или иранскими формами.

По мнению Л. П. Грот, связывать имя Олега со шведским именем "Helge" затруднительно по семантическим причинам, поскольку значение последнего – "святой" – противоположно по смыслу языческому прозвищу русского князя."

Из этой казалось бы самой современной биографии варяжского конунга Олега (Хельги) принявшем в Киеве на себя звание "кагана руссов", все же выпадает три очень важных момента.

Первый это почему Олег как опекун Игоря Рюриковича держал его под опекой не до совершеннолетии т.е. 17 лет (а это 895 год!) а до своей смерти в 912 году т.е. 43 года!

Не сделал ли покойный Рюрик ошибки с назначением Хельги опекуном Ингвара (Игоря)?

Второй, а где все это время был варяжский королевич Ингвар (Игорь Рюрикович) и чем он был занят?

Что нам известно о семье князя Олега (Хельги) и в частности были ли у него наследники-сыновья?

И если были, то какова судьба детей конунга Хельги после 912 года?

Начнем мы с Ингвара-Игоря. византийским (греч. 'Ιγγωρ) (лат. Inger) Родился он в 878 г.

882 г. в возрасте 4 лет он вместе с Олегом он оказывается в захваченном у Аскольда городе Киеве. Естественно, что вместе с ним в Киев перебралась и его мать королева Ефанда, жена Рюрика и сестра Олега!

После 882 г. ни в одной летописи нет упоминания ни об Игоре ни его матери. И только в 903 году, когда Игорю уже исполнилось 25 лет о нем вспоминает летопись!

А по меркам того времени это уже был ну очень уже "зрелый муж", и князь Олег "задумал" его женить!

И на ком бы вы думали уважаемый читатель?

А на 10-12 летней (по разным оценкам) девочке! Которую сам Олег (Хельг) называл как Helga!

Примечательна и сама история знакомства Игоря с Хельгой!

Она нам показывает, что у Игоря как бы сейчас сказали было своего рода отставание в умственном развитии!

Почему автор пришел к такому выводу? А вот на основе этой летописной информации содержащейся в Степенной книге (2-я половина XVI века):

"Князь охотился в тех местах (на Псковщине-автор). Переправляясь через реку на лодке, он заметил, что перевозчиком была юная девушка, переодетая в мужскую одежду.

Игорь тотчас же "разгореся желанием" и стал приставать к ней, однако получил в ответ достойную отповедь: "Зачем смущаешь меня, княже, нескромными словами?

Пусть я молода и незнатна, и одна здесь, но знай: лучше для меня броситься в реку, чем стерпеть поругание".

О случайном знакомстве Игорь вспомнил, когда пришло время искать себе невесту, и послал Олега за полюбившейся девушкой, не желая никакой другой жены."

Очень странная тяга взрослого мужчины к малолетней девочке!

Но тем не менее князю Олегу все же пришлось посылать слуг на Псковщину, искать прекрасную перевозчицу и сватать ее у родителей!!!

Напомню, что на момент свадьбы Хельге-Ольге исполнилось не более 12 лет!!!

Первый ребенок в этом браке князь Святослав был рожден в 942 году т.е. через 39 лет от даты свадьбы!!!

Когда самому Игорю было уже 64 года!!! А его жене Ольге 52 года!!!

А ведь Ольга успела родить Игорю и второго сына Глеба (Улеба)!!!

Это в наше время при современных чудесах медицины женщина может забеременев выносить и родить ребёнка в 50 лет! А тогда 1072 года тому назад???

А умерла Ольга в возрасте 80 лет.

После свадьбы имя Ольги упоминается в очередной раз только через 40 лет, в русско-византийском договоре 944 года.

Но и сама личность Ольги крайне загадочна, и тут древнерусские летописцы не только не пришли к единому мнении, но и очень сильно запутали вопрос.

Так что мне далее приходится просто перечислить все версии ее происхождения:

1.Иоакимовская летопись утверждает, что когда Игорь возмужал, князь Олег привёл ему жену из Изборска, из знатного рода Гостомысла.

"Когда Игорь возмужал, оженил его Олег, выдал за него жену от Изборска, рода Гостомыслова, которая Прекраса звалась, а Олег переименовал её и нарек в своё имя Ольга. Были у Игоря потом другие жены, но Ольгу из-за мудрости её более других чтил".

Девушку звали Прекраса, но Олег переименовал её в Ольгу.

Впоследствии у Игоря были и другие жёны, но Ольгу он чтил более прочих. У Игоря, кроме Святослава, был ещё сын Глеб, которого Святослав казнил за христианские убеждения.

2. Согласно самой ранней древнерусской летописи "Повесть временных лет", Ольга была родом из Пскова (др.-рус. Плесковъ, Пльсковъ).

Житие святой великой княгини Ольги уточняет, что родилась она в деревне Выбуты Псковской земли, в 12 км от Пскова выше по реке Великой.

Имена родителей Ольги не сохранились, по Житию они были незнатного рода, "от языка варяжска".

То есть если говорить современными понятиями, то будущая княгиня Ольга по происхождению шведка!

По мнению норманистов, варяжское происхождение подтверждается её именем, имеющим соответствие в древнескандинавском как Helga.

3. Болгарские историки же историки с учетом того что князь Олег не раз бывал в Болгарии "идя на Константинополь" выдвигали версию о болгарских корнях княгини Ольги, опираясь в основном на сообщение "Нового Владимирского Летописца"

("Игоря же ожени [Олег] въ Болгарехъ, поятъ же за него княжну Ольгу".) и переводя летописное название Плесков не как Псков, а как Плиска – болгарская столица того времени.

4.Карпатская версия. На местных преданиях основываются утверждения о происхождении Ольги из летописного прикарпатского Плеснеска, громадного городища (VII-VIII в. – 10-12 Га, до Хв. – 160 Га, до ХІІІ в. – 300 Га) со скандинавскими и западнославянскими материалами. Связывая ее с тем что Olha это древнечешское имя.

Но все это версии и такими они увы останутся.

Историки не обладают какими либор достоверными данными о происхождении Ольги, месте ее захоронения в связи с чем невозможно провести ДНК экспертизу ее останков, чтобы определится с ее точным происхождением.

Все это дает повод для так называемых церковных историков ко всевозможным манипуляциями и инсинуациями вокруг Ольги и того факта что она приняла в Византии христианство и по крещении называлась "Елена". Ее в русском православии признали и святой, и равноапостольной и т. д и т.п.! Но все это к реальной истории не имеет никакого отношения.

К жизни и деятельности Ольги мы вернёмся в седеющих частях, а пока вернёмся к князю Олегу.

И тут оказывается, что Олег (Хельг тоже имел семью. Его женой была СИСИЛЬСКИВ, и он имел двоих сыновей: Асмунда и Херрауда (Рюрика- Младшего) по другой версии (Игоря).

Официальные российские историки этот вопрос не то что замалчивают они его саботируют наложив на него запрет.

Но где искать следы Асмунда и Херрауда (Игоря)?

Как ни странно, их имена в российской истории сохранились в договорах Руси с Византией.

Договор Олег с Византией 911

В год 6420 (912). Послал Олег мужей своих заключить мир и ряд между греками и русскими, и послал, говоря:

"Согласно другому уряженною, бывшему при тех же цесарях – Льве и Александре. Мы от рода русского – Карлы, Инегелд, Фарлаф, Веремуд, Рулав, Гуды, Руалд, Карн, Фрелав, Руар, Актеву, Труан, Лидул, Фост, Стемид – посланные от Олега, великого князя русского, и от всех, кто под рукой его, светлых князей, бояр, к вам, Льву, Александру и Константину, великим в Боге самодержцам, цесарям греческим, для укрепления и для удостоверения многолетней дружбы, бывшей между христианами и русскими, по желанию наших князей и по повелению, от всех находящихся под рукой его русских



И как сам видит читатель что тут князь Олег выступает единоличным правителем-диктатором. Он глава и сам посылает своих послов варягов в Константинополь. При этом другие родственники или знатные варяги, делившие с Олегом власть в Гардарике не упоминаются.

Но в 944 году ситуация среди варяжской элиты изменилась. И князь Игорь уже не получил диктаторских полномочий. А скорее тут у нас намечается своего рода коллегиальное руководство княжеством Русиией, где Игорь выступает увы только как номинальный правитель. А его соправители составляют собственно правительство и у каждого правителя есть своя доля влияния и очевидно свой голос в принятии коллективы решений! Вот судите сами.

Договор Игоря с Византией – 944 г.

"В год 6453 (945). Прислали Роман, и Константин, и Стефан послов к Игорю восстановить прежний мир, Игорь же говорил с ними о мире. И послал Игорь мужей своих к Роману. Роман же созвал бояр и сановников. И привели русских послов, и велели им говорить и записывать речи тех и других на хартию.

"Список с договора, заключенного при царях Романе, Константине и Стефане, христолюбивых владыках.

Мы – от рода русского послы и купцы, Ивор, посол Игоря, великого князя русского, и общие послы: Вуефаст от Святослава, сына Игоря; Искусеви от княгини Ольги; Слуды от Игоря, племянник Игорев; Улеб от Володислава; Каницар от Предславы; Шихберн Сфандр от жены Улеба; Прастен Тудоров; Либиар Фастов; Грим Сфирьков; Прастен Акун, племянник Игорев; Кары Тудков; Каршев Тудоров; Егри Евлисков; Воист Войков; Истр Аминодов; Прастен Бернов; Явтяг Гунарев; Шибрид Алдан; Кол Клеков; Стегги Етонов; Сфирка...; Алвад Гудов; Фудри Туадов; Мутур Утин; купцы Адунь, Адулб, Иггивлад, Улеб, Фрутан, Гомол, Куци, Емиг, Туробид, Фуростен, Бруны, Роальд, Гунастр, Фрастен, Игелд, Турберн, Моне, Руальд, Свень, Стир, Алдан, Тилен, Апубексарь, Вузлев, Синко, Борич, посланные от Игоря, великого князя русского, и от всякого княжья, и от всех людей Русской земли.

И им поручено возобновить старый мир, нарушенный уже много лет ненавидящим добро и враждолюбцем дьяволом, и утвердить любовь между греками и русскими".

То есть мы видим, что все члены" правительства" Гардарики исключительно варяги и что они имели своего посла при подписании Мирного договора с Византией.

Кроме того, очень примечательно что в договоре упомянуты 26 варяжских купцов. Из которых только два имеют славянские имена! И что именно в интересах этих самых купцов и очевидно и при их прямом финансировании и затевались походы варягов на Константинополь.

Так мы видим доказательство существеннее в истории сыновей Олега Игоря и Акуна названых племянниками князя русского Игоря. Других прямых родственников у Игоря, кроме Олега ни одна из древнерусских летописей не упоминает.

Как же сложилась дальнейшая судьба сыновей Олега?

Об Игоре (Херрауда) исторические хроники ничего не сообщают. А вот "Асмунда, сына Одда-Вещего Олега, мы, встречаем и в древнерусском летописце – сообщениях о 945 и 946 годах как об Асмуде, кормильце ("дядьке"?) князя Святослава!

И вот где отрыто Асмунд попадает в историю. Князю Святославу было всего три года, когда его отец Игорь был убит мятежниками из славянского племени древлян, с которых вздумал повторно собрать дань.

Когда киевское войско во главе с варяжскими полководцами Асмундом (Асмудом) и Свенельдом (Свенхельдом, Сванхильдом) выступило в карательный поход на древлян, то впереди ехал на боевом коне малыш Святослав, а по бокам его – отцовские воеводы.

По древнему обычаю, князю (сколько бы ему ни было лет от роду) надлежало начать битву. Именно Асмунд как воспитатель князя вложили в ручонку Святослава копье, и тот попытался метнуть (а скорее всего – толкнуть) его, но копье, пролетев между конских ушей, упало на землю прямо перед конской мордой.

Однако это было не важно. Главное – формальность была соблюдена, древний обычай исполнен. И тогда варяг Свенельд громогласно воскликнул: "Князь уже начал! Потягнем (последуем), дружина, за князем!"

На этом я закачиваю эту часть. Ибо с Святославом и его дядькой Асмундом мы с вами уважаемый читатель мы обязательно встретимся в следующей части этой работы.

(конец ч.9)












© 2007 - 2012, Народна правда
© 2007, УРА-Інтернет – дизайн і програмування

Передрук матеріалів дозволяється тільки за умови посилання на "Народну правду" та зазначення автора. Використання фотоматеріалів із розділу "Фото" – тільки за згодою автора.
"Народна правда" не несе відповідальності за зміст матеріалів, опублікованих авторами.

Технічна підтримка: techsupport@pravda.com.ua