Пошук на сайті:
Знайти



Народні блоги

Додати стрічку статей сайту до свого iGoogle
Останні публікації

Зависть элит и крах социализма.

Борис Когатов | 16.03.2011 13:18

3
Рейтинг
3


Голосів "за"
4

Голосів "проти"
1

Написал я эту статью давно, но вот решил опубликовать только сегодня.

Было у меня в классе (в советские времена, естественно) 2 мальчика. Одного звали Кузенька, второго Сашенька. Оба пришли в наш в класс в связи с переселением, их родители получили новое жилье в нашем районе. Кузенька был сыном официанта, Сашенька – сыном инструктора из обкома. Родители Кузеньки купили дом в стремительно тогда исчезающем престижном "частном секторе" из 6 комнат на первом этаже и 2-х дополнительные на втором, сад, гараж, авто, несколько породистых собак, телевизор в каждой комнате, вазы из хрусталя, редкие картины и прочие мещанские слоники, какими так любят забивать свои жилища наши люди. Родители Сашеньки получили квартиру в многоэтажном обкомовском доме улучшенной планировки, как тогда говорили. Я дружил с обоими ребятами и часто бывал у них дома.

В семье Кузеньки работал только отец, как я уже отметил выше – официантом в одном из центральных в городе "кабаков". Мать Кузеньки никогда не работала, получала пенсию бабуся, которая жила с ними, кроме Кузеньки в семье еще был его младший брат. Официальная зарплата у отца Кузеньки была 100 рублей. В те времена часто в устных опросах и в заполенении разнообразных и многочисленных анкет надо было указывать свое происхождение. Вариантов, собственно, было всего 3 – из рабочих, из крестьян, из служащих. Помню, что в последних классах мое пробуждающееся, протестующее сознание восстало против унизительно-безликой формулировки "из служащих" и я начал писать "из народной интеллигенции", ведь на парадах голос из громкоговорителя кричал "Слава народной интеллигенции!", так почему вдруг после парада я опять возвращался в "из служащих"? Кузенька, естественно, всегда с неизменной ухмылкой писал "из рабочих".

Возможности Кузеньки, казалось, не имели никаких границ. Кузенька был тем светочем и рассадником прогнившей западной культуры, который успешно конкурировал с такими источниками как журналы Ровесник, Эхо Планеты и передачей "Мир и молодежь".

Журнал "Ровесник" изредка печатал фотографии и краткие сведения о разного рода западных рок-группах, которые, однако, было совершенно невозможно послушать, поэтому довольствовались изображениями. Подшивка этого журнала, которую я однажды попросил в местной библиотеке, была совершенно изрезана фанатиками, все фотографии звезд были выдраны. Программа "Мир и молодежь" давала возможность приобщиться к мировому кино, ибо там показывали одно-двухсекундные фрагменты из Рэмбо и других картин, которые в этот день они гнобили. На негодующий пафос ведущих, естественно, никто не обращал никакого внимания, а старались запомнить размер банок Сталлоне и по 1-2-м секундам ролика составить представление о фильме. На следующий день в школе обсуждали "просмотр Рэмбо". Естественно, впечатления всегда были "круто!".

Кузенька приносил в школу контрабандный товар – журналы Плейбой, странного вида игрушки, типа лежащего в гробу скелета, у которого, стоило приоткрыть крышку гроба, на волю выпрыгивал багровый гигантский член, интересного вида кинокамеры, где можно было смотреть мультики и прочие запретные плоды "иного мира".

Однажды, Кузенька принялся на уроке швырять в нас металлическими рублями. По тем временам 20 копеек были для школьника несметной суммой, на которую можно было неплохо перекусить в столовой, а рубль казался суммой, на которую можно было купить все богатства мира. Кузенька швырял в нас рублями, потому что это его забавляло, а дома все равно счета деньгам не знали. Интересно было, также, заглянуть в холодильник Кузеньки. Там всегда было полно деликатессов и неведомых яств. Холодильник был большой и всегда ломился от избытка содержимого. Вот как раз холодильник Кузеньки стал камнем преткновения для Сашеньки.

Сашенька, будучи "номенклатурным мальчиком", жил гораздо лучше, чем большинство из нас, те, что из "рабочих и служащих", и сознание того, что он элита было развито в Сашеньке уже с 4-го класса. Чувство собственного превосходства в нем ощущалось, но его каждый раз обламывал Кузенька. Кузенька был наглым исключением из правил. Не являясь частью правительственной элиты, то есть мажором, он, тем не менее, жил на порядок лучше подростков из "обокмовского дома".

Пример Кузеньки обескураживал и подавлял Сашеньку. Родители Сашеньки были куда как более доступными и милыми людьми, чем родители Кузеньки. Отца последнего я несколько раз видел во время дней рождения Кузеньки, но тот по большей части прятался где-то по комнатам. Был он среднего возраста человеком с весьма сумрачным и неприветливым лицом и я с ним не сказал ни слова. Мать Кузеньки я помню лучше, но она тоже избегала прямого общения, ограничиваясь обязательным ритуалом гостеприимства. Родители же Сашеньки были довольно открытыми людьми и мы с ними даже дружили семьями. Дружим мы и сейчас. Отец Сашеньки не чурался людей, всегда распрашивал с интересом о школе, о прочих делах, всегда охотно хлопотал по хозяйству. О таких говорят "классный папик". Словом, обкомовская семья, хоть и жила лучше нас, но не была чем-то, что я бы назвал "люди не нашего круга". Нет, это были люди нашего круга. Позднее отец Сашеньки получил повышение в ЦК и семья переехала в Киев. Наше общение на этом не прекратилось, мы продолжали видеться и дружить. Семья же Кузеньки была явно другим сословием, члены которого были обильно представлены среди других обитателей "престижного частного сектора".

Сашенька, хотя и был хорошим добрым парнем и моим лучшим другом, тем не менее, был серьезно заражен мещанством и вещизмом. Он всячески старался догнать Кузеньку по уровню процветания и часто приводил меня к себе на кухню, открывал холодильник и спрашивал "Лучше, чем у Кузеньки?". Обычно я говорил ему, что ему еще надо Кузеньку догонять. Говорил я это только потому, что у Кузеньки действительно было поизобильнее, но еще и потому, что мне, воспитанному в духе советской школы и советских же принципов, казалось несправедливым и преступным такое процветание семьи простого официанта, в то время как семья "народного интеллигента" стояла целыми днями в километровых очередях, чтобы купить сотую долю того, что Кузенькиному отцу похоже отгружали где-то самосвалами без очереди. Мне казалось, что стремление Сашеньки сравняться с Кузенькой было нездоровым и аморальным и я пытался вернуть его в мир простых и честных людей. Но Сашенька совершенно искренне стремился именно в мир не простых и честных людей, а в мир процветающих и богатых людей, ибо вопреки той морали, проповедником которой по долгу службы был его отец, он совершенно не воспринимал ее всерьез, а напротив, воспринимал всерьез мораль "чуждую" – мораль вещизма, мещанства, потребительства.

Трудно сказать где он набрался этой морали. То ли в семье она исповедовалась за "закрытыми дверями", то ли просто давно уже веяла в воздухе, распространяемая удачливыми кузеньками, выгодно отличавшихся на фоне полуголодных "честных тружеников". Так или иначе, прошло совсем немного лет и эта мораль окончательно победила ту официальную, которую давно уже не воспринимали ни удачливые кузеньки, ни ее офицальные апологеты в лице семьи Сашеньки, а воспринимали лишь выходцы "из народной интеллигенции", для которых слово, буква, литера, закон, книга всегда были чем-то очень серьезным, более серьезным, чем глянцевые журналы и набитые жратвой холодильники. Мораль эта победила, став новым законом на многие годы – законом потребительства, мещанства, вещизма. И, оглядываясь назад, на этот пример с двумя моими одноклассниками, я понимаю, что мотив зависти – зависти партийной номенклатуры, которая имела в своих руках официальную власть, но реально эта власть не давала им такой роскоши, в какой жили представители номенклатуры торгово-ресторанной, сыграла свою роль в том, что номенклатура партийная, окончательно разложившись морально, ринулась догонять чернорыночных нуворишей. Догнала ли?

Недавно я узнал как живут мои 2 одноклассника. Сашенька пошел по стопам отца- в номенклатуру. Посколько партийной номенклатуры не стало, он быстро сориентировался и пошел в номенклатуру мвдшную. Теперь Сашенька "решает вопросы" и его холодильник забит до отказа, а также балкон "благодарностями и откатами". Все его жилище наполнено мещанскими статутэтками, вазочками, на стенах висят позолоченные сабли, мечи и прочие трофеи.

Кузенька стал бизнесменом средней руки, живет неплохо, но в такой роскоши, в какой жил его отец, не купается. Пашет с утра до ночи чтобы иметь достойный уровень жизни. И рублями, фунтами, карбованцами и гривнами уж больше не кидается, ибо знает им цену.

Восторжествовала ли справедливость? В отношениях этих двух номенклатур возможно. Для остальных? Остальные ответят на этот вопрос по-разному.

Коментарі









© 2007 - 2012, Народна правда
© 2007, УРА-Інтернет – дизайн і програмування

Передрук матеріалів дозволяється тільки за умови посилання на "Народну правду" та зазначення автора. Використання фотоматеріалів із розділу "Фото" – тільки за згодою автора.
"Народна правда" не несе відповідальності за зміст матеріалів, опублікованих авторами.

Технічна підтримка: techsupport@pravda.com.ua