Пошук на сайті:
Знайти



Народні блоги

Додати стрічку статей сайту до свого iGoogle
Останні публікації
история   Полтавская битва   война   Батуринская резня

Батуринская резня

Хандусенко Передрук | 21.06.2007 13:09

-5
Рейтинг
-5


Голосів "за"
27

Голосів "проти"
32

Теперь маленькое, но забавное развлечение: напрягите память или интуицию, и попытайтесь угадать, сколько пушек было у шведов в Полтавской битве?
Если не знаете правильного ответа, то не угадаете никогда.
У шведской армии в Полтавской битве действовало ЧЕТЫРЕ пушки. Всего пушек у Карла было около 30, но пороху у шведов было только на 4 орудия!


Текст статьи не мой. Я её лишь слегка приспособил к изложению здесь. Советую прочитать оригинал:

http://galiciantales.narod.ru/baturin.htm

Сюжет сказки в кратком изложении

Батурин – гетманская столица Мазепы.

В 1708 году, во время войны со шведами, после обнаружившейся измены Мазепы, войска Меньшикова, не сумев взять Батурин штурмом, захватили его благодаря предателям из числа казаков, и устроили чудовищную резню, уничтожив всех казаков, а также мирное население, не щадя ни женщин, ни детей. Затем они подвергли пыткам и варварским казням пленных казаков. Также они сожгли и разграбили город, не пощадив и церквей

Сказка во всех подробностях

В числе многочисленных выходов кандидата в президенты Виктора Ющенко к народу было и посещение Батурина. Предвыборная бригада к выборам установила там крест в память о так называемой "Батуринской резне" 1708 г. На импровизированном митинге кандидат в Президенты Украины, заявил, что для него "трагедия Батурина созвучна с голодомором 30-х годов", и предложил отмечать память жертв Батурина ежегодно.

Виктор Ющенко назвал цифру в 21 тысячу погибших.

"Батуринская резня" рассматривается определенной категорией историков и писателей, как достоверный исторический факт, и негодование по-поводу варварской жестокости войск Меньшикова стало уже общим местом у авторов этой "определенной" категории.

Вот, например, как излагает эту историю Олена Апанович в книге ГЕТЬМАНИ УКРАЇНИ І КОШОВІ ОТАМАНИ ЗАПОРОЗЬКОЇ СІЧІ:

Меншиков кілька разів кидав свої війська на стіни Батурина, але козаки хоробро захищали місто...

Але тут на поміч Меншикову прийшов прилуцький полковник Ніс, який перебував у Батурині. Він відправив навздогін Меншикову свого прибічника Соломаху сказати йому, що в Батурин можна увійти засвіт, коли козаки будуть спати, потаємним ходом...

Уночі зрадники ввели царські війська на середину майдану, й ті накинулися на сонних козаків. Потім почалося знищення жителів Батурина...Військо московське палило й грабувало місто, ґвалтувало і вбивало жінок. Згодом пожежа несамовитим полум'ям охопила місце різні і грабунку. Меншиков дав наказ не щадити нікого й убивати навіть дітей.


Далее описывается, как жестоко пытали и казнили пленных казаков (были изобретены новые казни) а также приводится свидетельство современника (в форме "один из современников свидетельствует"): "Все жители перерезаны – таков обычай нелюдей-московитов. Меньшиков приказал привязать трупы казацких начальников и пустить их по реке Сейм, чтобы известить остальных о гибели Батурина".

Далее указывается, что кроме жителей было истреблено 15 тысяч казаков, что террор длился два дня (13 и 14 ноября [т.е., 1 и 2]) и что царские солдаты в конце разрушили даже церкви.

Захватив награбленные ценности и много пушек, Меньшиков двинулся дальше, сжигая все на своем пути, оставив на улицах и за городом валяющиеся на земле трупы христиан и младенцев.

Вот другое описание, принадлежащее Володимиру ГОЛОБУЦЬКОМУ, (цитируем по книге ЗАПОРОЗЬКЕ КОЗАЦТВО)

Російський цар, довідавшись про перехід до шведів Мазепи, впав у страшну лють. Не гаючи часу, він вирішив зігнати злість на столиці гетьмана Батурині. Туди з військом направив Меншикова. Батурин був добре укріплений і мав близько 10 тис. війська під орудою полковника Чечеля і гарматного осавула Кенігсека, за походженням німця. Штурм захисники відбили, та серед них знайшовся зрадник, полковий старшина Ніс, який показав росіянам таємний підземний хід. Через нього нападники й увірвалися в місто. Почалася страшенна різня. Все населення Батурина поголовно знищили, навіть жінок і дітей. Козаків, що потрапили у полон живими, по-варварськи замучили...

Орест Субтельный, канадский историк украинского происхождения – куда более серьезный и авторитетный автор. В своей известной книге "Ukraine: A History" он утверждает: "Все население Батурина, 6000 мужчин, женщин и детей, было перебито."

Ссылок на источник при этом не приводится. (Пока что возьмем лишь на заметку разнообразие приводимых цифр – 21, 15, 10, 6 тысяч...)

В другой своей книге, "The Mazepists" ("Мазепинцы"), Субтельный приводит подробности, давая также и ссылку на источник.

PETER I'S INITIAL REACTION The Russians recovered quickly. Menshikov's quick, energetic measures were especially effective. Arriving in Baturyn within a day of the Hetman's departure, Menshikov realized what had occurred and, without delay, ordered his men to storm the town. After taking the town in a fierce two-hour battle, Menshikov ordered a systematic destruction of Baturyn and the massacre of all its inhabitants. About 6,000 men, women, and children were slaughtered. The fate of Baturyn produced the desired effect. As the news of Mazepa's defection spread throughout Ukraine, it was accompanied by the terrible tale of what had occurred at Baturyn (1). At this point, many would-be Mazepists probably reconsidered their plans about joining the Hetman.

ПЕРВОНАЧАЛЬНАЯ РЕАКЦИЯ ПЕТРА I. Русские оправились быстро. Особенно эффективны были быстрые, энергичные действия Меньшикова. Прибыв в Батурин через день по отбытии гетмана, Меньшиков осознал, что случилось, и без промедления приказал своим людям штурмовать город. Взяв город после жестокой двухчасовой битвы, Меньшиков приказал систематически разрушить Батурин и перебить всех его жителей. Около 6.000 мужчин, женщин и детей были убиты. Судьба Батурина произвела желаемый эффект. Распространяясь по всей Украине, новость о бегстве гетмана сопровождалась ужасным рассказом о том, что произошло в Батурине (1). В этот момент многие потенциальные мазепинцы вероятно пересмотрели свои планы присоединиться к гетману.


(перевод Э. Понарина)

Цифра (1) в тексте – это cсылка на источник. Ссылка гласит:

Peter I to F.M. Apraksin, 30 October 1708, Pisma i bumagi, VII,2, p. 253. Menshikov first informed the Tsar about Mazepa's defection. Cf. Menshikov to Peter I, 24 October 1708, Pisma i bumagi, VIII,2, p. 864.

Петр I к Ф.М. Апраксину, 30 октября 1708, "Письма и бумаги", VII,2, с. 253. Меньшиков сначала сообщил царю о побеге Мазепы. Ср. Меньшиков к Петру I, 24 октября 1708, "Письма и бумаги", VIII,2, с. 864.


Ссылкой этой мы займемся позже, в правой части страницы, а здесь, ниже, нам пора перейти к исследованию источников, которыми пользовались наши многочисленные сказочники

Главные сказочники, их источники, ссылки, аргументация и обоснования

Итак, для "историков" наподобие двух первых, упомянутых нами, первым, последним и единственным на все времена источником служил, служит и будет еще долго служить труд, известный под названием "История Русов". Местами они ссылаются на Грушевского, но тот сам черпал свои "исторические факты" из той же "Истории".

Что такое "История Русов" – отдельная большая тема. Не уличал ее анонимного автора в подлогах, фальсификациях и даже просто выдумках только ленивый, но, поскольку, на этой книжке основывается целая наука, весьма ныне разветвленная (историография в исполнении "галицкой школы"), ею стоит заняться отдельно, и мы это непременно сделаем.

Поскольку в оригинале "История Русов" написана на хорошем русском языке, будет гораздо проще привести отрывки непосредственно из оригинала, чем множить однотипные цитаты из сочинений многочисленных сказочников. Вот что пишет анонимный автор "Истории Русов" на тему батуринских событий:

Осаждающіе отбиваемы были несколько разъ отъ городскихъ валовъ, рвы городскіе наполнялись трупами убитыхъ съ обеихъ сторонъ, но битва еще продолжалась около города во всехъ местахъ...

Наконецъ, наступившая ночь и темнота развели бьющихся, и Россіяне отступили отъ города и перешли реку Сеймъ для обратнаго похода. Но бывшій въ городе съ полкомъ своимъ, Полковникъ Прилуцкій, Носъ, несогласный также, какъ и другіе полки, на предпріятія Мазепины и гнушавшійсл его вероломствомъ, а удержанный въ городе присмотромъ Сердюковъ, выслалъ ночью изъ города Старшину своего, прозваніемъ Соломаху, и велелъ ему, догнавши Менщикова на походе, сказать, чтобы онъ приступилъ къ городу предъ светомъ и напалъ на указанное симъ Старшиною место, на которомъ разположенъ полкъ Прилуцькій...

...и когда Сердюки, поводомъ вчерашней ихъ викторіи, напились до пьяна и были въ глубокомъ сне, напалъ онъ со всемъ войскомъ на сихъ сонныхъ и прочинающихся, безъ обороны рубилъ ихъ и кололъ безъ всякой пощады, а виднейшихъ изъ нихъ перевязалъ въ крюкъ...

...Менщиковъ ударилъ на гражданъ безоружныхъ и въ домахъ ихъ бывшихъ, кои ни мало въ умысле Мазепиномъ не участвовали, выбилъ всехъ ихъ до единого, не щадя ни пола, ни возраста, ни самыхъ ссущихъ младенцевъ. За симъ продолжался грабежъ города отъ войскъ, а ихъ начальники и палачи занимались, между темъ, казнею перевязанныхъ Сердюцкихъ Старшинъ и гражданскихъ урядниковъ. Самая обыкновенная казнь ихъ была живыхъ четвертовать, колесовать и на колъ сажать, а дальше выдуманы новые роды мученія, самое воображеніе въ ужасъ приводящіе.

И удивительна ли сія жестокость въ такомъ человеке, каковъ Менщиковъ? Когда онъ былъ пирожникомъ и разнашивалъ по Москве пирога, то слишкомъ ласкался къ темъ людямъ, кои пироги его покупали, а когда сталъ Княземъ и полководцемъ, то уже слишкомъ варварски терзалъ людей, оставившихъ ему превеликія богатства.

...Тела избіенныхъ христіанъ и младенцевъ брошены на улицахъ и стогнахъ града "и не бе погребаяй ихъ!" Менщиковъ, спеша отступленіемъ и бывъ чуждъ человечества, бросилъ ихъ на съеденіе птицамъ небеснымъ и зверямъ земнымъ, а самъ, обремененный безчетными богатствами и сокровищами городскими и національными, и взявъ изъ арсенала 315 пушекъ, удалился отъ города и, проходя окрестности городскія, жегъ и раззорялъ все, ему встречавшеесь, обращая жилища народныя въ пустыню.

...Равной участи подвержена была большая часть Малоросіи. Разезжавшія по ней партіи воинства Царскаго сожигали и грабили все селенія безъ изъятія, и по праву войны, почти неслыханному. Малоросія долго тогда еще курилась после пожиравшаго ее пламени.


Как легко убедиться методом сравнения, современные и старинные "национально-свидомые" историки просто пересказывают этот текст разными словами.

Орест Субтельный на "Историю Русов" не ссылается (коллеги бы засмеяли), и никаких кровавых подробностей не приводит (без "Истории Русов" им неоткуда взяться), но все же упоминает факт резни мирного населения и цифру 6 тысяч убитых (правда, ссылка на первоисточник, которую он при этом делает, ошибочна или фальшива, как мы убедимся чуть позднее).

Цифры "историков", упомянутых выше, взяты из "Истории Русов" или из воздуха. Откуда же берется цифра Субтельного, "около 6 тысяч"?

В английской газете The Daily Courant в номере от 29 декабря 1708 года напечатана следующая заметка.

Yesterday arriv'd mail from Holland...From the Czar of Muscovy's Camp near the River Desna, 16 Nov. 16...GENERAL Mazeppa, aged 70 Years, Commander in chief of the Cossacks, had been engag'd by the Swedish Generals to come over with his Troops to their Army...:... by Order of his Czarish Majesty, Prince Menshikofmarch'd with а Body of Troops to Baturin, the ordinary town of Residence of Mazeppa; enter'd by Assault; put to the Sword 5 or 6000 rebellious Cossacks, and caus'd some of the chief to be broken on the Wheel.

"The Daily Courant", no.2239

Вчера прибыла почта из Голландии...Из лагеря Царя Московии около реки Десна, ноября...ГЕНЕРАЛ Мазепа, 70-ти лет, Главнокомандующий казаков, был связан со шведскими генералами, чтобы перейти со своими войсками в их армию... по приказанию Его Царского Величества, князь Меньшиков отправился с корпусом войск в Батурин, город обычного проживания Мазепы, и, взяв его штурмом, предал мечу 5 или 6 тысяч мятежных казаков и казнил некоторых из главарей на колесе


(перевод Э.Понарина)

Здесь, как видим, речь идет о 5 или 6 тысяч убитых, но не мирного населения, а казаков.

Вот и все, что касается источников сказки, если не упоминать антипетровских памфлетов, которые распространяли в то время шведы. Упоминать эти памфлеты нет нужды не только потому, что чернящая врага пропаганда – вещь обычная во время войны, но и потому, что в тех же самых памфлетах, где описывается резня батуринского населения, описывается и резня шведских пленных (тех самых, которых Петр уважительно называл "своими учителями").

Прежде чем закончить с "источниками" сказки, сделаем одно замечание общего характера.

Речь ведь идет о временах не слишком древних, не о Рюрике, не о Вещем Олеге. Все участники событий активно переписывались при помощи пера и бумаги, и множество этих писем дошли до нас в подлиннике. Как обнаружил автор при написании правой части страницы, Петр в те дни писал до десятка писем и указов в день, Меньшиков писал по меньшей мере ежедневно, а в "картонах" Меньшикова осталось множество писем ему от казаков и служивых людей самого разного ранга. Все это сохранилось. Подлинных документов, относящихся к тем событиям, обнаруживается неожиданно много. Упоминаний о резне в них нет. Ну, предположим, Петр с Меньшиковым хотели "скрыть свое преступление" и сознательно обходили "батуринскую резню" в переписке (хотя переписка эта – не "универсалы", не "манифесты", не пропагандистские памфлеты – это оперативная переписка между начальником и подчиненным в условиях военных действий, и в ней вряд ли есть место пропаганде). Пусть.

Но где же тогда письма Мазепы, где письма Орлика и прочих мазепинцев? Где письма тех казацких старшин, что ушли к с Мазепой к шведам? Они есть, эти письма, и их много.

Даже много лет спустя еще писались письма участниками и свидетелями тех событий. Орлик, правая рука Мазепы, написал в 1721 г. из-за границы большое покаянное письмо митрополиту рязанскому и муромскому Стефану Яворскому, где не только кается, но и подробно описывает события, связанные с изменой Мазепы. Письмо сохранилось в подлиннике. О резне в нем ничего нет.

Нет нужды проводить глобальный поиск – мы уверены, что если бы существовало хотя бы слабенькое, отдаленное упоминание о резне хотя бы в одном из подлинных документов того времени, каковых сохранилось множество, то все авторы "галицкой школы" (начиная с Грушевского) ссылались бы на него неустанно и беспрерывно на каждой странице каждого своего труда.

Но ни одного такого свидетельства нет, и потому им приходится ссылаться на "Историю Русов" или (при наличии минимальной добросовестности) не ссылаться вообще ни на что, разумея батуринскую резню, как "общеизвестный факт".

Сказка под микроскопом и при ярком свете

Чтобы разобраться в этой истории, необходимо немного представлять себе общую картину событий, послуживших причинами и фоном для штурма Батурина. Опишем вкратце этот сюжет, как он излагается несколькими авторами разных веков (особенных различий здесь не наблюдается). Итак, Костомаров, Субтельный, Тарле и Соловьев. Компиляция "своими словами".

Предистория: еще в 1705 году Лещинский, ставленник Карла, впервые предложил Мазепе изменить Петру. С тех пор многие договоренности достигнуты и многие обещания даны. Причем обещания Мазепа давал непосредственно Карлу. Он обещал 20 тысяч казацкого войска на стороне шведов, огромные запасы провианта и пороха для пушек, а также богатую артиллерию.

И вот, осень 1708 года. Карл еще летом повернул на юг и теперь приближается к пределам Малороссии. Петр требует от Мазепы выходить на соединение с великороссийским войском, но старый гетман придумывает всевозможные отговорки наподобие "хирагричной и головной болезнью и многодельствием" или "возмущений в простодушном народе". Под Стародубом Меньшиков и Шереметьев с войском поджидают Карла, но именно к Стародубу Мазепа очень не хочет идти, придумывая все новые и новые отговорки.

Никаких подозрений ни у кого еще нет – ведь Мазепу уже много раз обвиняли в измене, но он всякий раз успешно оправдывался и оставался преданным слугой в глазах Петра (всего за пару месяцев до этого Мазепа казнил в Батурине Кочубея и Искру, пытавшихся раскрыть царю глаза на истинную игру гетмана, и выданных ему Петром, который верил Мазепе больше, чем разоблачителям).

20 октября Меньшиков пишет Петру из Горска, что Мазепа прислал ему своего племянника Войнаровского с известием, что гетман едва ли не при смерти и поехал в Борзну причащаться. Меньшиков ничего еще не подозревает и жалеет старого гетмана ("...сия об нем ведомость зело меня опечалила, первое тем, что не получил его видеть, который зело мне был здесь нужен; другое, что жаль такова доброго человека.") Не подозревает ничего Меньшиков и 22-го числа, когда Войнаровский уехал от него к Мазепе ночью, "не простясь".

Меньшиков хочет повидать гетмана, и ожидает застать его в Борзне, умирающим. Мазепа предупрежден об этом Войнаровским и, в страхе, что уже разоблачен, спешно бежит из Борзны в Батурин, а оттуда, через день, в направлении к шведам. Меньшиков встречает по дороге в Борзну полковника Анненкова, от которого узнает, что Мазепа в Батурине, куда и прибывает 24 (26?) -го. Он кроме того, имеет указание от Петра забрать из Батурина артиллерию, куда Мазепа долго ее свозил (около 70 пушек) – эти пушки и близость к ним шведов очень беспокоят Петра. Но за день до того Мазепа бежал, оставив в Батурине гарнизон из четырех сердюцких полков, а также нескольких отрядов помельче. Мазепа со старшинами и 2-3 или 3-4 тысячами войска идет навстречу Карлу, который уже вступил в пределы Стародубского полка. 24 (26?) -го, подойдя к Батурину, Меньшиков обнаруживает, что гарнизон его в город пускать не намерен. Только тут он все понимает. Он пишет письмо Петру об измене Мазепы и вступает в переговоры с мятежниками. Переговоры продолжает Голицин. Мазепинские сердюки тянут время, надеясь на скорый подход Карла, пытаются выговорить несколько дней "на раздумья" и обещая потом сдаться.

30 октября или 1 ноября Петр приказывает Меньшикову штурмовать цитадель, более не медля, поскольку основные силы Карла уже опасно близки к Батурину.

Рано утром 2 ноября начинается штурм батуринской цитадели, который длится всего два часа. Меньшиков пишет Петру о быстром успехе, легкости штурма, и о малых потерях. Затем, в течение того же дня, Меньшиков спешно отходит, уводя артиллерию, поскольку шведы где-то на подходе. Уходя, Меньшиков поджигает деревянную крепость и "хлебные магазины". Цель поджога взятой крепости – не дать занять ее шведам. Цель поджога "магазинов" – уничтожить те запасы, которые невозможно увести с собой, чтобы они не достались приближающимся шведам, поскольку именно шведам они и были предназначены.

Главари мятежников пленены и отправлены в Глухов (там позднее они были казнены).

Это была общая канва событий, теперь рассмотрим внимательнее детали.

Первое, что бросается в глаза, это слово "козаки" в описании батуринского гарнизона. "Кампанейские" сердюки не были казаками – ни запорожскими, ни реестровыми. Они вообще не были малороссиянами, или, сказали бы сейчас, украинцами. Это были поляки-наемники, телохранители Мазепы, преданные лично ему.

В 1696 году, киевский воевода кн. Барятинский получил от стародубского жителя Суслова письмо, в котором тот пишет: "Начальные люди теперь в войске малороссийском все поляки. При Обидовском, племяннике Мазепы, нет ни одного слуги казака. У казаков жалоба великая на гетманов, полковников и сотников, что для искоренения старых казаков, прежние вольности их все отняли, обратили их себе в подданство, земли все по себе разобрали. Из которого села прежде на службу выходило казаков по полтораста, теперь выходит только человек по пяти или по шести. Гетман держит у себя в милости и призрении только полки охотницкие, компанейские и сердюцкие, надеясь на их верность и в этих полках нет ни одного человека природного казака, все поляки...

С. М. Соловьев – "Исторiя Россiи", т. XIV. М 1962, кн. VII, стр. 597-598.


Второе, это несоответствие дат и последовательности событий. О версиях класса "Истории Русов" и говорить нечего, в них Петр вначале узнает об измене, приходит в бешенство, потом посылает Меньшикова, а Меньшиков сразу по приходе безуспешно штурмует Батурин, заполняя рвы трупами.

У Субтельного, Меньшиков, хотя и штурмует город с ходу, но, по-крайней мере, узнает об измене гетмана не заранее. Далее у Субтельного, после штурма: "...Распространяясь по всей Украине, новость о бегстве гетмана сопровождалась ужасным рассказом о том, что произошло в Батурине (1)."

Ссылка (1) должна, видимо, подтверждать этот "ужасный рассказ о том, что произошло в Батурине". Сам же Субтельный расшифровывает ссылку, это два письма:

Меньшиков к Петру I, 24 октября 1708, "Письма и бумаги", VIII,2, с. 864.

Петр I к Ф.М. Апраксину, 30 октября 1708, "Письма и бумаги", VII,2, с. 253. Меньшиков сначала сообщил царю о побеге Мазепы.


Однако из письма Меньшикова Петру от 24 октября следует, что Меньшиков ведет переговоры с сердюками, что переговоры пока безуспешны, и сердюки, видимо, тянут время, что Мазепу поддерживают только старшина и сердюки, а люди "из городских полков" Мазепу проклинают. Вот как он описывает измену Мазепы:

...И чрез сие злохитрое его поведение за истинно мы признаваем, что конечно он изменил и поехал до короля шведского, чему явная есть причина и то, что племянник его Войнаровский, будучи при мне в 22 день сего октября, в самую полночь, без ведома и с нами не простясь, к нему уехал, и с того времени уже ко мне ни о чем он, гетман, не отзывался. И тако об нем инако рассуждать не извольте, только что совершенно изменил, и для того за благо вашей милости советую, что при таком злом случае надлежит весьма здешний простой народ утвердить всякими обнадеживаниями чрез публичные универсалы, выписав все его, гетманские, к сему народу озлобления и тягости, и чтоб не его никакие прелести не склонялись, понеже когда он сие учинил, то не для одной своей особы, но и всей ради Украйны, и без того не пройдет, чтоб каких не было от него здесь прелестных универсалов или тайных каких факций. При сем еще доношу вашей милости, что в здешней старшине, кроме самых вышних, також и в подлом народе с нынешнего гетманского злого учинику никакого худа ни в ком не видать, но токмо ко мне изо всех здешних ближних мест съезжаются сотники и прочие полчане и приносят на него в том нарекания, и многие просят меня со слезами, чтоб за них предстательствовать и не допустить бы их до погибели, ежели какой от него, гетмана, будет над ними промысл, которых я всяким обнадеживанием увещеваю, а особливо вашим в Украйну пришествием, из чего они, по-видимому, в великую приходят радость

Письмо А.Д. Меньшикова Петру Великому от 24 октября 1708 г. "Письма и бумаги Императора Петра Великого", М., АН СССР, 1948 г. Т. VIII, ч. 2., стр. 864.


Итак, о чем же свидетельствет упомянутое Субтельным письмо?

1. Еще за неделю до штурма Меньшиков вел переговоры с сердюками.

2. Сообщая об измене гетмана, Меньшиков беспокоится о настроениях "местного простого народа", советует его "утвердить всякими обнадеживаниями чрез публичные универсалы". Обратите внимание на эти слова – до штурма остается еще неделя, да и сам штурм – дело еще не решенное, но Меньшиков уже 24-го обеспокоен лояльностью "здешнего простого народа": "...за благо вашей милости советую, что при таком злом случае надлежит весьма здешний простой народ утвердить всякими обнадеживаниями". Резня батуринских горожан и "...здешний простой народ утвердить всякими обнадеживаниями". Что у этого Меньшикова на уме – понять невозможно. "Утвердить обнадеживаниями" это "перерезать", что ли? Странный тип, этот Меньшиков, трудно понять его логику.

3. Сообщает о "сотниках и полчанах", которые съезжаются к нему, прося защиты от гетмана.

Но самое существенное в этом письме следующее: будучи написанным за неделю до штурма, оно никак не может быть свидетельством резни, произошедшей после штурма.

В письме Петра к Апраксину, от 30 октября, на которое также ссылается Субтельный, не может быть (и нет) описания штурма по аналогичной причине – оно написано за три дня до штурма. Петр сообщает адмиралу Апраксину об измене Мазепы; что Мазепа, доверяя только генеральной старшине, обманул около 2 тысяч простых казаков, перешедших с ним Десну, и только по приближении к шведам открыл им свои замыслы. Украинский народ, пишет Петр, к счастью, не поддерживает изменника-гетмана.

Таким образом, обе ссылки Субтельного – или ошибка, или натуральная "липа", когда профессионализм историка обязывает сослаться хоть на что-нибудь, а сослаться не на что (ну не на "Историю Русов" же в самом деле...).[этот примечательный факт впервые был замечен Эдуардом Понариным]

И вот, 1 ноября. Ночью Петр пишет Меньшикову (речь идет о Батурине):

К князю Александру Даниловичу Меншикову (1708 ноября 1)

Объявляем вам, что нерадением генерала-маеора Гордона Шведы перешли сюды. И того ради изволте быть опасны, понеже мы будем отступать к Глухову. Того ради, ежели сей ночи к утру пли поутру совершить возможно, с помощию Божиею окончавайте. Ежели же невозможно, то лутче покинуть, ибо неприятель перебираетца в четырех милях от Батурина.

Из Субочева, ноября 1 дня [час после полуночи].


Итак, шведы в "в четырех милях", надо быстро брать крепость или немедля уходить, завтряшнее утро – крайний срок. Что сделал Меньшиков, мы знаем – он успешно штурмовал цитадель, сообщив затем Петру о легком штурме и о малых потерях.

Как вы думаете, он затем спешно оступил, в виду близости неприятеля уводя артиллерию и припасы, или задержался на пару дней, чтобы попридумывать новые казни для польских "казаков", и перерезать побольше младенцев (а сказочная резня, как мы помним, длилась два дня)?

О чем же переписывались Меньшиков с Петром уже после штурма?

2-го ноября вечером Петр получил "зело радостное писание" от Меньшикова: "Доношу вашей милости, что мы сего числа о шти (шести) часах пополуночи здешнюю фортецию с двух сторон штурмовали и по двучасном огню оную взяли"

В тот день Петр отметил в своем "Журнале": "Батурин достали не со многим уроном людей".

Вот его ответное письмо Меньшикову:

Сего моменту получил я ваше зело радостное писание, за которое вам зело благодарны, паче же бог мздовоздаятель будет вам; что ж принадлежит о городе, и то полагаю на вашу волю: ежели возможно от шведов в нем сидеть, то извольте поправить и посадить в гарнизон хотя драгун в прибавку стрельцам, пока пехота будет (однако ж несколько пушек лучших вывезть в Глухов). Буде же (как я от присланного слышал) оной не крепок, то зело лучше такую великую артиллерию вывезть в Глухов (которое там зело ныне нужно), а строенье сжечь, понеже когда в таком слабом городе такую артиллерию оставить, то шведы так же легко могут взять, как мы взяли, и для того не изволь время терять, ибо сего дня шведы перешли реку и чаю завтра конечно пойдут к Батурину или куды глубже: и того ради опасно, дабы не помешали вам в вывозе артиллерии; буде же не успеете вывезть, то лучше разжечь или разорвать и штуками, раздав, вывезть. P. S. Ежели есть булава и знамена, изволь прислать для нового гетмана; зело нужно, також канцелярию возми с собою всю их

Петр I – Меншикову. 1708. ноября 2.- Письма и бумаги, т. VIII, в. 1, стр. 270, N2807.


Здесь видно, что Петр предоставляет Меньшикову решить на месте, оставить ли в городе гарнизон, чтобы "сидеть против шведов", или же срочно вывозить артиллерию, а "строение сжечь".

Но даже если Меньшиков решит оставить город за собой, все равно нужно "однако ж несколько пушек лучших вывезть в Глухов".

Петр не напрасно беспокоится больше всего об артиллерии и о том, чтобы "сжечь строение", то есть цитадель (батуринская крепость была деревянной). В Батуринской цитадели не только собраны чуть ли не все гетманские пушки, но и приготовлены огромные запасы провианта и "огневых припасов" – все это было приготовлено Мазепой для армии Карла, и без всего этого Карлу теперь придется туговато (к теме батуринских пушек и припасов мы еще вернемся).

Пока еще одно замечание вскользь: фразы Петра "Батурин достали не со многим уроном людей" и "понеже когда в таком слабом городе такую артиллерию оставить, то шведы так же легко могут взять, как мы взяли" отнюдь не наводят на мысль об ожесточенном сопротивлении гарнизона и больших потерях. И не видно в этих фразах нескольких жестоких штурмов, рвов, заполненных трупами, и подлого взятия крепости лишь благодаря предателям. Полковник Нос тоже носа что-то не кажет...

А вот, спустя несколько дней, Петр упоминает штурм Батурина в одном из указов (обратите внимание на выделенный нами текст)

... По нашему, великого государя, нашего царского величества, указу послан в замок Прилуцкой для лутчей обороны от неприятелского наступления и изменника Мазепы с войском нашим Великоросийским генерал наш маеор князь Григорей Волконской. Того ради мы, великий государь, повелеваем вам оного в замок Прилуцкой впустить немедленно безо всякого супротивления. Буде же кто дерзает сему нашему, великого государя, указу учинитися ослушен и ево, генерала нашего маеора, впустить с войском во оной не похощет, и с теми також учинено будет, как и с селящими в Батурине, которые, ослушаяся нашего, великого государя, указу, войск наших не впустили и взяты от наших войск приступом, а которые противились, те побиты, а заводчики из них кажнены.

Указ полковнику, коменданту, полковой старшине и казакам Прилуцкого полка

(1708 ноября 9)


Угроза "учинено будет как в Батурине" в тех же выражениях повторяется еще в нескольких аналогичных указах Петра тех дней.

Легко понять смысл последней части указа: это угроза. Угроза потенциальным изменникам. Петр угрожает – если не впустите в Прилуцкий замок генерала Волконского, причем "немедленно безо всякого супротивления", то с вами будет то же, что "с селящими в Батурине". И чем же, обратите внимание, угрожает Петр? Чем батуринцы поплатились за измену, по словам Петра?

"взяты от наших войск приступом, а которые противились, те побиты, а заводчики из них кажнены".

Еще далеко до победной Полтавы, измена Мазепы еще свежа, Петр крайне обеспокоен лояльностью малороссийских гарнизонов, после измены Мазепы он еще не знает, чего от них теперь ожидать (позднее мы увидим, что беспокойство это было напрасным) и угрожает им.

Остановитесь на минуту и подумайте, в этой ситуации Петру выгодно преувеличить или преуменьшить угрозу?

Участь Батурина в его словах, обращенных к тем, кого он стремится запугать, должна быть пострашнее или помягче?

Наконец, ответьте на вопрос – "взяты от наших войск приступом, а которые противились, те побиты" – это преувеличенная или приуменьшенная угроза?

Третье обстоятельство, которое нужно рассмотреть подробно, это отношение местного населения к шведам и к русской армии, а также то, что думали и знали об этом Меньшиков и Петр.

Самые первые шаги шведов в пределах Малороссии натолкнулись на сопротивление местного населения. Первый же городок на их пути, Мглин, закрыл ворота и оказал сопротивление, причем казакам помогали местные мужики.

"...А в городе сидят сотник млинской и с ним казаки сто человек того города и мужики из деревень"

ЛОИИ, ф. 83, походная канцелярия А. Д. Меншикова, картон 9, N224.

Письмо Ф. Бартенева из Старого Почепа А. Д. Меншикову, 1708 г., сентября 26.


Почеп и Стародуб также оказывают шведам сопротивление.

Донесение Ф. Бартенева царю от 12 октября (шведы еще только идут к Стародубу; "черкасами" в то время иногда называли казаков")

"А черкасы шведов по лесам зело много бьют"

Письма и бумаги, т. VIII, в. 2, стр. 781.


Когда после глуховской церемонии анафематствования Мазепы Петр прибыл в Ржевку, ему сообщили приятную новость:

"черкасы мужики в некотором местечке, при Десне стоящем, с полтараста человек шведов порубили и в полон взяли"

Отд. рукопис. и редкой книги Библиотеки Академии наук СССР в Ленинграде (БАН), N32, 12, 10. История жития и славных дел гос. имп. Петра Великого. Сборник Петра Крекшина, л. 132 об.


Примеры можно множить. Вот характерный эпизод, правда, более поздний:

[Вот подходят шведы к Недрыгайлову с конницей в полторы тысячи человек] "...под городом спешились, и шли в строю к городу с ружьем, и прежде стрельбы говорили они шведы недрыгайловским жителям, когда они от них ушли в замок, чтобы их пустили в тот замок, а сами б вышли, и обещали им, что ничего им чинить не будут. И они из города с ними говорили, что их в город не пустят, хотя смерть примут. И те слова они шведы выслушав, стали ворота рубить, потом по них в город залп дали, а по них шведов из города такожде стреляли и убили шведов 10 человек. И они шведы, подняв тела их, от замка отступили, и стали на подворках и церкви и дворы все сожгли"

Показания о шведах священника Андрея Александрова. 1708 г., декабря 1.- ТРВИО, т. III, стр. 40, N43.


И сам Петр, и Меньшиков прекрасно знают, на чьей стороне все местное население и абсолютное большинство казаков, беспокоятся о том, чтобы таким отношение малороссиян и оставалось в дальнейшем, и многократно (притом, письменно) отзываются о лояльности местного народа весьма одобрительно.

Какая же первейшая забота Петра после обнаружившийся измены Мазепы? Сохранение лояльности "малоросiйского народа", вот какая! Он издает указ "быть всем чинам в Глухове" для выборов нового гетмана, приказывет вернуть из ссылки полковника Палея, человека весьма авторитетного для народа малороссийского, вернуть жен несправедливо казненных Искры и Кочубея и др.

6-го числа он издает "Указ всему Малороссийскому народу", который приказывает "по городам при ратушах, а по селам по церквам прибить и всему Малоросийскому народу прочитать". В указе рассказывается об измене Мазепы, о его замыслах "Малоросийскую землю, по истощении оной, отдать под иго Полское и в порабощение Лещинскому" и, также, о событиях в Батурине:

Указ всему Малороссийскому народу (1708 ноября 6)

...

...Також он, изменник Мазепа, пошед к Шведу, оставил в городе Батурине Сердюцкого полковника Чечеля да немчина Фридриха Кониксека и с ними несколко полков Сердюцких, да из городовых полков немалое число казаков в гварнизоне и, подкупя их деньгами, приказал им наших царского величества ратных людей не впускать, в том намерении, дабы тот город и в нем обретающиися войска Запорожского великой пушечной снаряд королю Шведскому со многим числом пороху и свинцу и инных припасов отдать, дабы он тем против нас воевать и Малоросийской край поработить мог. Что мы, уведав, отправили к тому городу генерала нашего от кавалерии князя Меншикова с частью войска, которой, пришед ко оному, посылал неоднократно от себя с нашим, великого государа, указом к помянутому полковнику Чечелю и Фридриху и ко всему гарнизону говорить, чтоб они войска наши в тот город впустили доброволно, без всякого супротивления, объявляя им измену Мазепину. Но они, по наущению помянутаго изменника Мазепы, слушать того не похотели и по наших царского величества войсках стреляли. Того ради вышеписанной генерал наш князь Меншиков, по нашему указу, учинил к тому городу приступ и оной, милостию Божиею, приступом взял. И те единомышленники Мазепины, за учиненную нам, великому государю, противность и измену, воспримут достойную казнь.

...И в таковом безсилии себе усмотряя король Шведский и потеряв надежду гордо в мыслях своих напред сего крепко положенной уже победы, восприемлет прибежище к слабым способам, а именно: издавая к верным нашим подданным Малоросийскаго народу прелестныи свои писма во образ пашквилев...

...объявляет он, король Шведский, прелстительно всем Малороссийского народа жителем, дабы они спокойно со всеми своими пожитки в домах своих жили и отправовали торговлю и прочее. Но под сею ласкою прикрыт есть яд смертоносный его злоковарного намерения, ибо тем образом, приманя оных, хощет он их потом, ограбя и от всего имения лишив, употребить то на препитание/ гладом тающему своему войску, дабы тако удобнее мог собственными имении наших подданных вышеобъявленным образом поработить их Лещинскому и изменнику Мазепе и от веры православной и церквей христианских отлучить, обращая оныя в кирхи свои Лютерские и унияцкие...

...Что же приналежит о той фалшивой укоризне неприятелской, будто по указу нашему Малоросийского народа домы и пожитки попалены и разорены, и то все подлоги неприятелские, к возмущению народа Малоросийского от него вымышленные, ибо мы войскам своим Великоросийским под смертною казнию запретили Малоросийскому народу никакого разорения и обид отнюд не чинить, за что уже некоторые самоволные преступники при Почепе и смертию казнены. А ежели что малое от жилищ их или хлеба пожечь принуждены были, по крайней нужде, дабы неприятелю ко препитанию то не досталося и дабы он тем принужден был без жилища и пищи погибать, что уже и учинилося было при Стародубе, ежели б тот изменник Мазепа далее его не потягнул, о чем выше пространнее изъявлено. И то все мы, великий государь, тем, кто такой убыток претерпел, обещаем, по изгнании неприятелском из земель наших, милостию своею наградить; и чтоб тем претерпенным своим убыткам писали оные и подавали росписи.

...При сем же объявляем, что кто из Малоросийского народу из неприятелского войска возмет в полон генерала, тому за оного дать две тысячи рублев, за полковника тысячу рублев, а за иных офицеров за каждаго по розчету против чина их; а за рядовых рейтар, солдат и драгун по пяти рублев; а за убиение каждого неприятеля, по свидетелству явному, по три рубли ис казны нашей давать укажем...


Вообще говоря, это довольно длинный и интересный указ. Здесь рассказывается о вольностях и льготах малороссийских прошлых и будущих (в сравнении с "полским игом"), о том что русские гарнизоны в городах останутся только до окончания войны, о том, чтобы "богоотступного изменника Мазепы прелестных писем не слушали " и так далее. Петр явно старается обеспечить лояльность народа, и обращается он не к старшинам, не к казакам, а именно ко всему народу. Он, фактически, апеллирует к народу!

В указе "кошевому атаману Константину Гордеенко и всему Запорожскому войску" от 12 ноября говорится примерно то же самое.

Когда же было перехвачено письмо Мазепы к Станиславу Лещинскому, где гетман обещает отдать Украину королю Польши в обмен на военную помощь, то было приказано перевести это письмо с польского и распространять повсюду, зачитывая для народа при церквях и т.д. Оригинал письма, кстати, сохранился.

Очевидно, что лояльность населения и верность казаков немало беспокоили Петра именно в результате измены Мазепы, и он всячески стремился эту верность поддержать и укрепить. Петр обещает даже оплатить убытки ("мы, великий государь, тем, кто такой убыток претерпел, обещаем, по изгнании неприятелском из земель наших, милостию своею наградить; и чтоб тем претерпенным своим убыткам писали оные и подавали росписи").

Спрашивается, как выглядит в этих обстоятельствах резня мирных горожан русскими войсками?

Резня мирных жителей не очень-то вписывается в эту картину. Точнее сказать, вообще никак не вписывается.

Напоследок, несколько слов о батуринских "припасах" и "магазинах". Армия Карла впоследствие испытывала жесточайшие трудности с провиантом и боеприпасами именно потому, что обещанные Мазепой (и действительно приготовленные им в Батурине) огромные военные запасы Карлу не достались.

Если помните, выше говорится о 70 пушках, собранных Мазепой в Батурине в ожидании Карла.

Теперь маленькое, но забавное развлечение: напрягите память или интуицию, и попытайтесь угадать, сколько пушек было у шведов в Полтавской битве?

Если не знаете правильного ответа, то не угадаете никогда.

У шведской армии в Полтавской битве действовало ЧЕТЫРЕ пушки. Всего пушек у Карла было около 30 (что тоже не Бог весть какая батарея), но пороху у шведов было только на 4 орудия!

Петровская артиллерия под Полтавой превосходила противника в десятки раз!

И это подавляющее превосходство в артиллерии (а может быть, и само поражение шведов) было обеспечено своевременным и молниеносным штурмом Батурина, когда Меньшиков упредил шведов буквально на день или полдня во-первых, и своевременным вывозом и/или уничтожением пушек и батуринских военных припасов во-вторых.

На фоне этих обстоятельств поджог посадов, если спешно отходящий Меньшиков это действительно сделал, представляется вполне оправданным. От пожара, понятно, могли пострадать и местные жители, этот вопрос первоисточники оставляют открытым.

Но о резне мирного населения русскими войсками речи как не было, так и нет.

Итак, что же получается у нас в "сухом остатке"?

5 или 6 тысяч польских наемников – вот достоверно подтвержденные жертвы батуринского штурма, которые, собственно, никогда и никем не отрицались. Все остальное, включая трупы убиенных младенцев под ногами, – это "История Русов". То есть сказки, не подтверждаемые никакими достоверно известными фактами, и опровергаемые множеством достоверных, пусть и косвенных свидетельств.

Сказки, имеющие своим происхождением источник, многократно уличенный в фальсификациях и выдумках по другим историческим темам, где имеется возможность прямо уличить анонимного автора в подлоге (выдуманные тексты договоров и трактатов, вообще выдуманные договора, полностью вымышленные исторические события и т.п.). Обещаем, что обратимся в "Истории Русов" в будущем с тем чтобы показать – этот уникальный в своем роде образец придуманной истории, лежащий в основе целой исторической "науки", не заслуживает доверия ни в одной своей букве. И беллетристические выдумки на тему "батуринской резни" – лишь одно из множества подтверждений тому.

Коментарі









© 2007 - 2012, Народна правда
© 2007, УРА-Інтернет – дизайн і програмування

Передрук матеріалів дозволяється тільки за умови посилання на "Народну правду" та зазначення автора. Використання фотоматеріалів із розділу "Фото" – тільки за згодою автора.
"Народна правда" не несе відповідальності за зміст матеріалів, опублікованих авторами.

Технічна підтримка: techsupport@pravda.com.ua